В бескрайних просторах небес летит военный транспортник, а Иван Кошкин теряет терпение. Семейная удача исчерпала его майора ДШБ, и он видит надежды в новой жизни — не на войне, а за ее пределами. Князья Эльдорадо: таинственный мир, где суть всего кроется в тонких обёртках, и каждый шаг может быть последним....
– Представь себе: я – в каком-то кафтане с позументами, в красных сафьяновых сапогах, верхом и с саблей в руке – лечу в атаку, впереди – сеча жуткая. Кстати, и тебя частенько рядом видел. А вначале, веришь – нет, снились негры. Такое со мной впервые. На всякий случай прошел медобследование. Вердикт – здоров, как бык.
Юсупов вскочил с кресла, гекконы, сидевшие на рюкзаке, насторожились.
– Романыч, дык у меня тоже полгода назад аналогичная петрушка началась. Сплошной семнадцатый век.
Илья, слегка успокоившись, плюхнулся в кресло.
– Ты вот к врачам бегал, а у меня паранойя зашла дальше. Стал на свой ноутбук загонять элементарные практические программы.
– В смысле?
– Ай, ну технологии изготовления пороха, варки стали, изготовления кирпича, выделки шкур, холодного оружия средневековья и другое.
С нарастающим холодком внутри Кошкин спросил:
– Зачем?
– А затем, Батя, если случись что, багаж знаний не помешает, и даже поможет.
– Илюха, ты понимаешь, о чем говоришь? – озлился Иван. – Меньше читай придурошных писателей-фантастов, они такого наворотят.
– Как тогда быть с нашими снами, командир?
– Не знаю, обратись в институт имени Бехтерева.
– Наливай, капитан, спиритус выдохнется.
Гекконы, успокоившись, шмыгали по огромному салону, суя везде любопытные носы.
Кошкин с Юсуповым отошли от скользкой и малоперспективной темы и пустились в обычный мужской треп – анекдоты, спорт, бабы. Иван предложил выпить по последней – до Красноярска нужно отдохнуть. Так и сделали.
Прибежавших ящериц Илья заботливо покормил пирожком с мясом, и они привычно устроились у него на груди.
Перед сном Юсупов, зевая, спросил у Кошкина:
– Что и куда возишь, Батя?
– Ай, всякое барахло. На Дальний Восток – железо, а оттуда – дары моря. – Ну и на Мурман иногда ходим.
– Железо-то стреляющее?
– Да всякое, Илюха.
Их вдруг одолела дикая дремота – через пару минут в хвостовой части транспортника раздался громкий храп.
Кошкину снился странный сон: вокруг пальмы со зверушками, все хоровод водят и все поют:
Не ходите, дети, в Африку гулять.
А в Африке большие, злые крокодилы.
Лимпопо, Лимпопо, Лимпопо.
Внезапно все исчезло, и он оказался в летящем черном тоннеле. От дикого ощущения пустоты проснулся. Огляделся – Илюхи рядом не оказалось, его кресло пустовало. Иван потряс головой, прогоняя остатки похмелья. Внутренне подобрался, лапая наплечную кобуру под кожанкой. Дневной свет заливал салон.
– Что за фигня, в Красноярске должен быть поздний вечер.
