В мире загадочных открытий и беспринципных сделок начинающий мошенник столкнулся с новой проблемой — его способности внезапно иссякли. Теперь каждый шаг нарушает законы Вселенной, и каждая попытка подзаработать вызывает непредсказуемые последствия. Прогрессирующая сложность превращает его в центр ожесточенных борьбы между магией и правилами, где каждый день становится необратимым шагом на путь вечности....
Мульч заказал ведро нарезанных червей и жуков, сваренных в дождевой воде, и винегрет из мха.
– Все изучили файлы? – спросил Артемис, когда группа расположилась в библиотеке.
– Да, – ответила Элфи. – Но мне показалось, что в них не хватает некоторых ключевых моментов."
"– Никто не знает план целиком. Каждому известно только то, что касается его одного. Мне показалось, что так будет безопаснее. У нас есть перечисленное мной оборудование?
Элфи высыпала на ковер содержимое своего ранца.
– Полный комплект офицера Корпуса особого назначения, включая маскировочную фольгу, микрофоны, миниатюрные видеокамеры и аптечку для оказания первой помощи.
– Кроме того, после осады у нас еще остались два полицейских шлема и три бластера, – добавил Дворецки. – И конечно, лабораторный образец Всевидящего Ока.
Артемис передал Мульчу радиотелефон.
– Отлично. Пора начинать.
Шпиль Спиро.Йон Спиро сидел в своем роскошном кабинете и мрачно созерцал стоящее перед ним на столе Всевидящее Око. Многие считают, что таким, как он, быть легко.
Но это так называемое Око могло оказаться ответом на его молитвы. Шансом, который выпадает один раз за всю жизнь, главным призом. Если ему удастся заставить эту игрушку работать, сам Господь будет обращаться с ним как с равным. Правда-правда. Все спутники мира перейдут под его контроль. Он, Йон Спиро, будет контролировать шпионские спутники, военные лазеры, системы связи и, самое главное, телевизионные станции.
Из приемной позвонила секретарша:
– Сэр, вас хочет видеть мистер Олван.
Спиро ударил по кнопке переговорного устройства.
– О'кей, Mapлин, пусть войдет. Очень надеюсь, вид у него сейчас прежалкий.
Вошедший в двойные двери Олван действительно имел жалкий вид. Впрочем, в кабинете Йона Спиро трудно было выглядеть иначе.
