"
"Шашков и четверо его спутников с трудом перебрались через поток нечистот и подошли к дому номер девять. Они чувствовали себя очень уверенно, настолько уверенно, что, подходя к черному провалу подъезда, Сова и Чибисов синхронными движениями достали пистолеты. На стоящую в стороне неброскую «Волгу» они внимания не обращали. А зря!
— У них стволы, Вампир! — крикнул Бурик, выпрыгивая из кабины и прикрываясь дверцей. Рука поспешно нащупывала застежку кобуры. — Эй вы, стоять! Оружие на землю!
Реакция у Совы была самой быстрой. Он вскинул руку и, мгновенно прицелившись, дважды выстрелил. Бурик присел. Со звоном разлетелось стекло, и осколки посыпались на спину и голову фээсбэшника. Бурик инстинктивно прикрылся руками. Один из осколков впился в тыльную сторону ладони, и бурая струйка крови покатилась за рукав рубашки.
— Стреляют, Вампир, они стреляют! — завопил он во весь голос уже без всякой рации, чтобы предупредить друзей, как будто стрельба могла быть кем-то неуслышанной.
Но те уже и сами сориентировались.
— Бросай стволы, ФСБ! — крикнул Нижегородцев, появляясь в проеме подъезда с оружием в руках. Громоздкий «АПС»[5] выглядел весьма внушительно, но Вампир имел достаточный боевой опыт для того, чтобы не надеяться на психологический эффект. Поэтому одновременно с командой он выстрелил Шашкову под ноги. Пуля со свистом срикошетила от булыжника и ушла в небо.
Сова снова спустил курок. Пуля вырвала кусок древесины из косяка подъездной двери. Тут же открыли огонь Шашков и Чибисов, за ними начали стрелять остальные двое бойцов.
Нижегородцев шарахнулся назад в темноту. Рой пуль влетел в подъезд, кроша давно не беленные стены и выбивая из них снопы известковой пыли.
— Мочим? — спросил Молотов, прячась в простенке и прижимая к правой щеке взведенный пистолет.
— Огонь! — приказал Вампир. Он прекрасно знал, что в боевой ситуации промедление подобно смерти. Нет смысла выкрикивать грозное название своей конторы, еще более глупо размахивать удостоверением, не дадут эффекта и предупредительные выстрелы в воздух. Все разбирательства откладываются на потом, огонь можно пресечь только огнем. Если, конечно, у тебя нет желания распрощаться с жизнью. У майора такого желания не было.
Присев на одно колено, он уперся локтем и, выставив оружие перед собой, профессионально прицелился. Бах-бах-бах! Три одиночных выстрела прозвучали как одна очередь. Сравниться в меткости стрельбы с Нижегородцевым не мог никто в Управлении. По штатному расписанию в группе захвата он значился снайпером. А боевой опыт помогал ему сохранять хладнокровие и в экстремальных обстоятельствах.