В крановом трущбе городских кораблей светились огни столиц Китая и горели звезды над портом, где контейнеры поднимались на сотнях высоких стрел. Здесь амбициозные бизнесмены с множеством стран мира взвешивали узлы корабельной экономики, держась на скрежащих металлах....
— Тем не менее, господин президент, мы не можем позволить послу думать, что...
— Что мы не хотим стычки? Почему бы и нет? Если я не ошибаюсь, в Постоянном комитете есть по крайней мере один человек, который разделяет наши чувства. Может быть, нам удастся вытянуть из посла подтверждение моим догадкам.
— Что ж...
— Звони послу, Чарли. Ему не удастся меня запугать, ты же знаешь. К тому же у меня припасено несколько козырей. Если наши предположения верны и в Китае действительно идет борьба за власть, вся эта ситуация внушает послу такую же тревогу, что и нам, и он будет вести себя осмотрительно.
Глава 36
Полчаса спустя посол By Баньтиаго вошел в Овальный кабинет. В этот раз он надел обычный костюм западного покроя, а его лицо было бесстрастным, как будто он собирался произнести речь, записанную на пленку.
— Посягательства на наш суверенитет становятся нетерпимыми! — заявил маленький китаец. Сейчас он произносил слова с безупречным оксфордским выговором. В его голосе угадывался едва сдерживаемый гнев.
Кастилья остался сидеть за столом:
— Советую вам покинуть Овальный кабинет и войти вновь, посол By.
Он уловил едва заметную улыбку на лице китайца.
— Прошу прощения, сэр, — отозвался посол. — Я очень расстроен и, боюсь, забылся.
Президент удержался от замечания о том, что By Баньтиаго никогда не забывается. Прямолинейную откровенность следовало использовать с осторожностью.
— Прискорбно слышать это, посол. Что же расстроило вас до такой степени?
— Я получил сообщение своего правительства о том, что три часа назад в воздушное пространство Китая вторгся самолет.
Кастилья не спускал с него жесткого взгляда:
— Во-первых, господин посол, события с «Эмпресс» никоим образом не затрагивают суверенитет Китая.
— А вторжение в наше воздушное пространство? Вам что-нибудь известно о нем?
— Нет, поскольку я уверен, что никакого вторжения не происходило.
— Уверены, сэр? Но категорически не отрицаете?
— С моей стороны было бы глупостью категорически отрицать то, о чем я не знаю. Но даже если бы этот инцидент действительно имел место, ему нашлось бы разумное объяснение.
