В крановом трущбе городских кораблей светились огни столиц Китая и горели звезды над портом, где контейнеры поднимались на сотнях высоких стрел. Здесь амбициозные бизнесмены с множеством стран мира взвешивали узлы корабельной экономики, держась на скрежащих металлах....
Тем не менее он не сказал ни слова.
— Мы, естественно, всегда подозревали, что такое наблюдение ведется, но теперь у нас появились конкретные факты. Впрочем, оставим это. — Кастилья взмахнул рукой. — Я собираюсь сделать нечто необычное. Нечто, с чем не согласны мои советники. Я собираюсь рассказать вам о том, какое задание выполняет «Кроув». Несколько дней назад мы получили неопровержимые сведения о том, что «Эмпресс» перевозит значительное количество тиогликоля и хлорида тионила. Вряд ли вам нужно объяснять, для чего могут быть использованы эти вещества.
Президент выжидательно замолчал.
Выражение лица посла не изменилось, он ничего не сказал, и Кастилья добавил:
— Количество химикатов настолько велико, что они могут быть предназначены исключительно для производства оружия.
By напрягся всем телом:
— Повторение истории с «Иньхэ»? Сэр, но ведь мы уже...
Президент покачал головой.
— В тот раз вы точно знали о том, что мы не правы. Это дало вам возможность сопротивляться до конца и выставить нас дураками.
Казалось, By был потрясен:
— Не верю своим ушам, сэр. Мы всего лишь соблюдали международное законодательство — и тогда, и сейчас.
— Чушь собачья, — любезным тоном отозвался Кастилья.
Несколько секунд By сидел молча, не спуская с президента глаз и, судя по всему, собираясь с мыслями. Наконец он заговорил, однако истинное значение его слов заключалось в том, что не было сказано:
— Мы не можем допустить столь грубого нарушения законов, как захват китайского судна в международных водах.
Ни протеста, ни опровержения, ни увиливания, ни угроз.
