В Книге ХIII "Кодекса Крови" события взлетают на новый уровень опасности и тревоги. Комаро и Райо бессонными ночами поискищут пропавшую Тэймей, подталкиваемые древней кровной связью, которая не знает границ. Сюжет завораживает и напрягает, как живая сталь в бесконечном бою за выживание на грани земель и загробного мира....
— Ты смотри, какого господина вынесло к нам вечерним прибоем, — услышал я голос спереди. — Наверняка, у него в карманах что-то есть для нас! Олаф, фризь!
Я почувствовал прохладную волну магии и даже замер на месте от такого поворота событий. Это что, мне?
Из темноты появилась низкая коренастая фигура, от которой несло перегаром так, что сшибало метров с трёх. Надо будет потом узнать, что за пойло. Для Белухиной.
Разбойничек с большой дороги обходил меня по кругу, я же стоял столбом, провожая его исключительно взглядом.
— О, колечки с камешками и цепь! Олаф, клянусь Бакланом, это богатый улов! А ведь порт ещё даже не начал работу! Это мы удачно заехали!
Я же стоял и не мог поверить своему счастью. Хотел голову проветрить? Хотел обычной скучной жизни, без богов, разборок и прочих обязательств? На те! Распишитесь!"
"«Какое-то у тебя странное представление о человеческом счастье, — искренне удивился адамантий. — Или я чего в этой жизни не понимаю».
«Да пойми ты, я с этими божественными играми так за***лся, что обычный разбой в подворотне для меня уже за счастье! Здесь всё понятно, кто и против кого!»
«Броню наращивать?»
«Не-а! — впервые улыбнулся я за весь вечер.
Стоило здоровяку попытаться сдёрнуть с меня перстень главы рода, как я отмер и прошипел ему в лицо: «Бу!»
Грабитель взвизгнул от неожиданности и попытался меня вырубить одним ударом кулака, но я был проворнее. Уклонившись, я в свою очередь резким ударом сломал нос своему сопернику.
Хруст и крик звучали для меня просто музыкой.
Ну вот теперь можно и подраться. А то один на один — как-то несерьёзно что ли. Главное не ускоряться и не увлекаться.
Спустя пять минут вокруг меня живописно расположилось шесть тел, а я участливо сидел возле коренастого мужика, которому первому сломал нос.
— Вы бы хоть на перстень глянули… Убились бы зазря.
— А что не так с перстнем? — прохрипел разбойник, сплёвывая кровь.
Я подсветил светляком навершие, а он аж вздрогнул.
— Копенгагенский мясник… — простонал он.
