Все, кто подходил к опасной грани, сами уходили в заточение в здравом уме и доброй памяти.
Я присвистнул.
— Так не бывает.
— Как видишь, бывает. И, глядя на тебя, я подозреваю, что круг замкнулся.
— Какой ещё круг?
— Наш род начался с безумия, пришедшего из другого мира, выживал веками благодаря ему, и сейчас либо будет уничтожен новым выходцем из первородного мира, либо выйдет из подполья, в котором вынужден был скрываться все эти годы.
Глава 16"
"Над странными совпадениями, которыми были пронизаны моя жизнь и жизнь Михаила Комарина, ещё нужно было хорошенько подумать.
Я вновь почувствовал себя пешкой в божественной игре, но теперь уже в роли Михаила, а не Трайордана. Ведь, по сути, и мне, и ему предрекли спасение рода через смерть. Только я лично получил наставления от Великой Матери Крови, а род Михаила — через оракула. Ко всему прочему добавлялось некое предзнаменование, из-за которого маги добровольно уходили в саркофаги.
— Что за татуировка была у Джакомо? — всё же решился я уточнить.
— Это не татуировка, а артефакт, созданный братом основателя нашего рода, Хоро.
— Тем, который убил свою деревню? — я на всякий случай уточнил, а то может у них ещё были.
— Он создавал артефакт, — безразлично пожал плечами дух рода.
— Он убил триста душ.
— Что-то мне подсказывает, что на твоём счету поболее будет, — съехидничал дух рода, но тут же с придыханием добавил: — Он смог поставить кровавое безумие на службу роду. Подсказал путь.
— Так себе путь, — не стал я спорить, но тут же категорично заявил: — Я не буду вставлять себе в грудь эту дрянь.
— Так никто и не требует от тебя подобного, — тут же пошёл на попятную дух. — Вообще себе его вживляли лишь слабые рангом главы родов, чтобы всегда иметь шанс на спасение под рукой. У сильных он хранился здесь, в фонтане, напитываясь силой…
— И безумием, — непроизвольно закончил я.
Радовало, что вживлять это было не обязательно. С учетом наличия собственного семени кровавого безумия, увеличивать риски ношением артефакта с подобной дрянью не хотелось.
— Кстати… Насчет фонтана. Откуда столько крови? И почему в первом зале саркофаги без подпитки? — решил я сразу прояснить для себя все неясности.
— По первому вопросу, это не совсем кровь, вернее кровь, но циркулирующая и обогащаемая всеми веществами здесь на месте. Все же многие в роду переняли у Хоро талант к артефакторике и его же лёгкую безуминку.
— Ни хрена себе лёгкую… — возмутился я.