Это семнадцатый том в цикле "Кодекс Крови". Вы когда-нибудь были на грани апогея? В этом томе каждая клеточка твоего тела чувствует, как из тебя испаряется магия. А если ты уже испытал это, то представь себе, что тебе теперь не хватает резерва всего напрочь.
— Вы помогли уравновесить творение последнего герцога. Сам бы он не смог.
— Это творение было высшим проявлением его любви. И за это нас всех убили, — по гладкой, словно бок оливки, коже скатилась слеза сожаления.
— Прекращайте, донна Сильвия. Сейчас переигрываете вы, — покачал я головой. — Вы с донной Беллой живее всех живых, а последний герцог и не умирал вовсе. Скорее всего, его прокляли и заточили где-то, иначе вы с донной Беллой уже давно попрощались бы со здравым рассудком.
К этой мысли я пришёл, размышляя над словами духа рода и вспоминая собственный разнообразный опыт.
Но проверить всё же следовало.
«Комаро, а можешь уточнить у Чёрного Единорога, не он ли проклял и заточил последнего герцога Занзара?» — обратился я к главному информатору в местном пантеоне.
«Не он, — лаконично ответил покровитель Комариных и Занзара. — Ты думаешь, я не узнавал? Мне сказали, что вмешалась сущность высшего порядка».
Если это так, то у меня появилась плюс одна причина тащиться в парижский город мёртвых, кроме как работать курьером для адамантия.
— Дамы, — я обратился в вдовствующим герцогиням, — невиновных здесь нет, кругом одни виноватые. Можете грызться хоть до конца дней своих или соперницы, но я бы рекомендовал посидеть и подумать, чего лично вы хотите от остатка своей жизни. Это явно не затворничество длиной в четыре века, — я демонстративно посмотрел на донну Беллу, — и не навязанный брак по расчёту, — теперь взгляд достался донне Сильвии. — Когда надумаете что-то, поговорим.
Следующими были сербские шпионки Гецко. Без информационного торнадо в сознании читать их было легко и даже приятно. Воспоминания текли полноводной рекой, легкой прохладой касаясь разума.
В этой миссии горе-шпионок наняли граждане лягушатники. Сам ли Талейран или через подставных лиц, но целью было уничтожение рода Борромео.
«Надо будет прояснить, чем они им так дорогу перешли? Отказом меня прикопать в болоте или ещё чем?» — сделал себе зарубку в памяти.
