Михаил Комарин, в котором возродился древний Трай, должен раскрыть тайну своего рода и выбрать между двумя мирами. Его перерождение — не случайность, а часть величественного плана. Теперь герою предстоит узнать правду о Комариных и решить, какую сторону медали он выберет, ибо от этого...
Раздел Chitat.online для книги «Кодекс Крови. Книга ХVII» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Михаил Комарин, в котором возродился древний Трай, должен раскрыть тайну своего рода и выбрать между двумя мирами. Его перерождение — не случайность, а часть величественного плана. Теперь герою предстоит узнать правду о Комариных и решить, какую сторону медали он выберет, ибо от этого...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Михаил Комарин, в котором возродился древний Трай, должен раскрыть тайну своего рода и выбрать между двумя мирами. Его перерождение — не случайность, а часть величественного плана. Теперь герою предстоит узнать правду о Комариных и решить, какую сторону медали он выберет, ибо от этого...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Что дословно она сказала?
— Творец объявил охоту на мага крови с семенем безумия! Награда — песочница! Меня все оставшиеся Возвысившиеся ищут! А один уже даже, кажется, нашёл! — дословно процитировал я богиню технологического мира. — Но она именно указала, что это наши из Обители. Сколько осталось в живых из моих предшественников?
— Почему сейчас? Чего он добивается? Почему только мои? — бормотала Кровь, будто и не расслышав мой последний вопрос. Её шёпот напоминал шелест высохших листьев.
— Великая, — я прикоснулся к богине лентой из осколков взорвавшейся крови, нарушая дистанцию. — Сколько братьев и сестёр мне ждать? Кто переметнулся к техносам?
Но покровительница меня не слышала. Она погрузилась в собственные безрадостные мысли.
— Великая, мне нужна помощь. Я знаю о трёх окончательно погибших братьях и сестрах: Восьмая, Девятая и Одиннадцатый. Что с остальными?
Ответом мне был тяжёлый вздох, будто Великая Мать собиралась с силами.
— Погибли Вторая и Пятый, к техносам переметнулся Седьмой, остальные живы и ушли в неразвитые миры.
— Шестеро нейтралов и один технос, — обобщил я. — Семь против одного. Так себе расклад. Но… есть смысл попробовать…
— Что именно?
Я усмехнулся, ведь в крови забурлил азарт, уже давно там не появлявшийся.
— Пригласи их всех.
— Ты безумен! — ужас в голосе покровительницы был неподдельным.
— Конечно, безумен, — улыбнулся я. — Вселенная сама постаралась сделать меня таким.
— Тебя уничтожат. На их стороне тысячелетия опыта. Они старше…
— Просто доверься мне!
Глава 26
Встреча с Великой Матерью Кровью завершилась, а мне нужно было подумать.
Как ни странно, но ноги сами принесли меня на вершу Башни Крови. Холодный ветер, пахнущий снегом и древним камнем, бил в лицо, но я его почти не чувствовал — мысли горели куда сильнее.
Ковчег вместе с накопителем встретили меня радостной пульсацией магии Рассвета. Тёплые волны её обволакивали кожу, словно приветственные объятия.
— Давно тебя не было, — обратился ко мне родовой ковчег Эсфесов. Его голос звучал как шёпот сотен предков, сливающихся в единый зов.
— Были дела, — нейтрально ответил я, усаживаясь между адамантиевых лоз. Их металлические усики коснулись плеч, лёгкие, как паутина, но невероятно прочные. Те обвили мою фигуру, скрывая от чужих глаз. Внутри этого живого кокона пахло старым пергаментом и кровью — запахом самой истории рода.
Правда, помешать нам и так никто не мог, ведь пока в Обители не было никого, способного подняться на крышу Башни и назваться Возвысившимся. Но эта скрытность была приятна — как будто мир на мгновение сжимался до размеров только моих мыслей.
— Не сомневаюсь. Что ж теперь дошёл?
— Нужно подумать.
Где-то внизу, за стенами Башни, город Сашари медленно просыпался.
