Это семнадцатый том в цикле "Кодекс Крови". Вы когда-нибудь были на грани апогея? В этом томе каждая клеточка твоего тела чувствует, как из тебя испаряется магия. А если ты уже испытал это, то представь себе, что тебе теперь не хватает резерва всего напрочь.
Я скоро буду, — пытался успокоить его Чезаре, но его собственный голос выдавал напряжение. Он понимал, что ситуация выходит из-под контроля.
— Дубовую ветвь мне в задницу, — вдруг испуганно протянул осведомитель, и его тон заставил Чезаре вздрогнуть.
— Что? Что там происходит? — у главы магистрата даже в груди похолодело от эмоционального вскрика обычно спокойного безопасника.
— Гепардеви свой зверинец с собой привезли. Иранцы седлают кошек и собираются на них ехать в город…
— Этого ещё не хватало!
— Мать моя женщина… — взвыл безопасник.
— Да какого демона там происходит⁈ — рыкнул Чезаре, проталкиваясь сквозь толпу обратно к гондолам. Он понимал, что должен срочно покинуть бал-маскарад, но сначала нужно было попрощаться с хозяином, чтобы это не было воспринято как жест неуважения.
— Русские каких-то ледяных псов выгружают и седлают. Там два с половиной метра в холке… Кошки с ума сходят… — продолжал докладывать безопасник, его голос дрожал.
— Не дай им передраться! — кричал Чезаре, его лицо покраснело от напряжения.
Глава магистрата схватил за руку одного из официантов, сновавших сквозь толпу с напитками, и прокричал ему:
— Мне нужен ваш господин! Срочно! Дело жизни и смерти!
Официант, испуганный таким напором, кивнул и бросился выполнять поручение. Чезаре же, оставшись на мгновение один, почувствовал, как его сердце бешено колотится. Он понимал, что если эти две миниармии начнут выяснять отношения прямо в порту, то последствия будут катастрофическими.
— Дуб Всемогущий, дай мне сил и спокойствия, — прошептал он, глядя в небо, где уже сгущались тучи, словно предвещая новую бурю.
* * *По кровной связи ко мне обратился один из кровников, сегодня работавших под прикрытием роли официантов:
«Михаил Юрьевич, я могу ошибиться, но, кажется, дон делла Ровере требует встречи с вами. Дон готов вот-вот скатиться в истерику и ожидает вас у причала гондол».
«Принято», — коротко ответил я.
Уж не знаю, что могло так взбудоражить главу магистрата. Бал шёл своим чередом, гости наслаждались представлением. Сейчас на сцене показывали пьесу о влюблённых, принадлежавших к враждующим родам, по мотивам местного драматурга. Правда, стараниями Тэймэй, Ромео оказался из рода Занзара, а влюблённых в него девиц было больше одной. И крутился Ромео на три рода, как умел.
