Это семнадцатый том в цикле "Кодекс Крови". Вы когда-нибудь были на грани апогея? В этом томе каждая клеточка твоего тела чувствует, как из тебя испаряется магия. А если ты уже испытал это, то представь себе, что тебе теперь не хватает резерва всего напрочь.
Он приложил ладонь к камню, и сердце рода Занзара вновь проснулось.
— Пьеса — ложь, но в ней намёк, — статным голосом продекламировала донна Белла, — всем нам на будущее урок!
Гости разразились аплодисментами, сперва несмелыми, а после бурными, превратившимися в овации.
— Надеюсь, это представление не было поставлено по мотивам твоей жизни, мой смелый друг, — обратился ко мне шахзаде Абдул-Азиз, его голос звучал с лёгкой иронией. — У твоей истории должен быть счастливый финал!
— Очень надеюсь, что до финала моей истории ещё очень далеко, — ответил я, оборачиваясь к иранцу.
— Обижаешь, — Абдул-Азиз указал себе пальцем на нос, — он распознаёт тебя в любой толпе.
И то верно. Запахи могли очень много рассказать своему хозяину.
— Я видел каменные иглы в парке, и от тебя несёт смертью, — чуть прищурившись, заметил иранец. — Неужто мы пропустили всё веселье?
— Ах, ты про это? Гости чуть не поделили территорию. Это всего лишь проявления их сил. Кстати, благодарю за то, что принял приглашение! Ты же теперь у нас исключительно занятой представитель династии.
Иранец рассмеялся, его глаза блестели от удовольствия.
— Да, отец оценил мою расторопность и умение заводить друзей на чужбине. Так что благодаря тебе, я не только не выбыл из числа наследников, но и вошёл в тройку самых приближённых.
— Рад, — совершенно искренне ответил я, тут же намекнув на приятную неожиданность для иранца. — Тебя здесь дожидается ещё один сюрприз…
Шахзаде закрыл глаза и словно принюхался, глубоко вдыхая воздух, наполненный ароматами цветов, духов и благовоний.
— Неужто Мира сменила гнев на милость? — голос Абдул-Азиза стал мурчащим и по-кошачьи протяжным.
— Сие есть великая тайна даже для неё самой, — хмыкнул я. — Ты же знаешь характер кошек. Так что удачи, друг мой, ещё и на этом поприще!
Иранец растворился в сумерках, его место заняли сестра с Ксандром. Пока мы говорили с Абдул-Азизом, они успели станцевать танец и пропустить по бокалу игристого вина, наслаждаясь анонимностью маскарада.
— Ты знаешь, — обратилась ко мне сестра, её голос звучал задумчиво, — я даже как-то соскучилась по тем временам, когда была никому неизвестной охотницей. Минимум ответственности за кого-то и максимум за себя. Сейчас всё круто поменялось.
— Как у вас ситуация на изнанке? — спросил я, стараясь перевести разговор на более нейтральную тему.
— Нормализовалась. Океан вернулся на своё место, погода тоже. Всё вошло в русло, — коротко поделилась новостями сестра.
