Автор
В каменном зале дровяного костра пламени гаскило весело. Здесь казнили — и некогда было просто сидеть и наслаждаться, если бы не эта «но». Четыре десятка верховных судей наблюдали за наказанием: половина молилась, а другая ругалась. Я только смеялся — удивительно, но это казнь умиротворяла....
Похоже, «Кодекс Крови. Книга I (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Я беру выходной, Петя, а нипонцы могут засунуть себе в задницу их Фудзияму, я потом достану!
С минуту в трубке была тишина.
— Помаринуются нипонцы, езжай к внуку. Потом расскажешь.
* * *Вот так и узнаются монаршие особы с человечной стороны. Что Мария с Андреем, что Пётр Алексеевич за пределами тронного зала умели дружить, хоть и не всегда могли находить баланс между личным и государственным.
Всю дорогу ко мне Подорожников не мог усидеть на месте. Он то и дело задавал уточняющие вопросы по внуку, но в какой-то момент резко замолчал и нахмурился.
— Не сходится.
Я молча ждал продолжения, не встревая.
— Совсем не сходится.
Глубокомысленное уточнение.
— Гаврила Петрович, вы же могли заполучить себе в род уникального лекаря в перспективе даже сильнее меня, но поехали ко мне, — его взгляд стал пристальным, колючим. Я почувствовал, как будто меня обдало морозной свежестью. — Почему?
Я неопределённо пожал плечами. Иногда молчание — золото.
— Мы бы тоже хотели знать, что это за благотворительность? — отозвались хором Виноград и Комаро.
— Вы там ещё подеритесь! — подколол я Богов, — пока мальчик вырастет и обучится, пройдёт лет десять. А его род я в благодарность смогу использовать уже сейчас. Да и Светлану в перспективе планирую получить в род.
Ответа не последовало. Н-да, а ведь засмеяли бы меня, если бы сказал, что так правильно. Или не поняли. Вот только та же Света выросла хоть и своевольной, но доброй девушкой, лечила меня бескорыстно, на допросе ещё и помочь пыталась. Такие не вырастают в семейной тирании, скорее, в любви и заботе.
Пока я предавался воспоминаниям, отец Светы, так и не дождавшись ответа на предыдущий вопрос, нарушил тишину:
— Не пойму, Вам действительно безразличны власть, статус и деньги? Ведь сколько всего вы могли с меня стребовать за внука.
— У вас всё это есть, — озвучил я очевидное, — помогло ли это спасти вашу супругу?
Подорожников нахмурился и отвёл взгляд. На этом разговор оборвался. Я рассматривал мелькающие улочки. Болезненный щелчок по самолюбию лекаря был необходим, но, Боги, как же я его понимал сейчас. У меня тоже всё это было, но близкую мне душу не спасло.
