О чём книга «Кодекс Крови. Книга III (СИ)»
Охотник на монстров возвращается в новую жизнь, где его род в опале, а на него открыта охота. Между божественными интригами и инквизиторским преследованием он должен выжить и отомстить тем, кто его предал.

Автор
Охотник на монстров возвращается в новую жизнь, где его род в опале, а на него открыта охота. Между божественными интригами и инквизиторским преследованием он должен выжить и отомстить тем, кто его предал.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Кодекс Крови. Книга III (СИ)»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Охотник на монстров возвращается в новую жизнь, где его род в опале, а на него открыта охота. Между божественными интригами и инквизиторским преследованием он должен выжить и отомстить тем, кто его предал.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст М. Борзых Легкое чтение Фантастика Зарубежная фантастика подборки серии
Охотник на монстров возвращается в новую жизнь, где его род в опале, а на него открыта охота. Между божественными интригами и инквизиторским преследованием он должен выжить и отомстить тем, кто его предал.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Кодекс Крови. Книга III (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Не думал, что в моей семье кипели такие страсти, — честно признался я.
— Знаешь, вспоминая твою матушку, я тоже не верила, что она способна на такой отчаянный поступок, — Коброва взяла тарталетку с подноса и губами сняла сыр с оливкой с тонкой шпажки. Я снова словил себя на мысли, что все движения этой женщины безумно эротичны. — Думаю, на неё повлиял оракул.
Я вынырнул из водоворота порочных мыслей, порождённых одним действием Елизаветы Александровны. Память Михаила подбросила ворох обрывочных сведений про оракулов. Личности полулегендарные, способные одним своим предсказанием менять ход истории стран и народов.
— А что где-то здесь живёт оракул?
— Жил, — поправила меня Коброва, — умер от древности лет десять назад, — и съела ягоду спелой клубники, перед этим облизав её кончиком языка, словно настоящая змея.
«Да твою же мать, женщина! Что же ты творишь⁉» — билось набатом в моей голове. Я сжал снифтер с коньяком так, что стекло треснуло.
— Елизавета Александровна, если вы сейчас же не прекратите, то, несмотря на тёплые отношения, связывавшие вас и моих родителей, несмотря на разницу в возрасте и ваше замужество, я разложу вас прямо здесь на этом столе и доставлю такое удовольствие, после которого мужа к себе вы больше не подпустите.
Коброва пару секунд всматривалась в мои глаза, а потом вздрогнула и с неё слетела пелена эротизма, до того затапливающая комнату волнами. Женщина побледнела и вся сжалась, словно в ожидании удара. Мне совершенно не понравилась такая реакция.
— Прошу простить меня, Михаил Юрьевич, — она сжала кулаки так, что поранила ногтями ладони, и подняла взгляд на меня, — подобное более не повторится.
Батюшки, да Коброва у нас псионик, выходит. И всё это время она шарашила по моим неокрепшим гормональным мозгам молотом своих способностей. Женщина ждала от меня какого-то ответа, и я не стал мучить даму ожиданием:
— Елизавета Александровна, от меня не укрылась ваша реакция… если муж вас обижает… — я не договорил, ибо у стен в любом поместье всегда есть уши.
— Вы, Михаил, копия своего отца! — тепло улыбнулась Коброва, — я — псионик, муж меня на руках носит, даже если временами готов убить. Вы, кстати, молодец! При том уровне срыва, который у меня был, вас уже должно было накрыть галлюцинациями весьма фривольного содержания. А вы даже способны мыслить и строить причинно-следственные связи. Браво!
Женщина вполне искренне без издевательского подтекста захлопала в ладоши.
— Я, конечно, предполагал, что вы — уникальная женщина, только услышав ваш голос, но даже не предполагал насколько, — вернул я комплимент Елизавете Александровне.