Автор
В темной комнате, где только что нашли тела Кираны и нескольких ученых, голос Борзого вырывается безумием. Мысли Кираны начинают медленно проясняться: возможно, она нашла способ выбраться из подземелья в самый последний момент. Но почему тогда все остались погребенными? Вопросы ломают мозг, и Кирана понимает, что время утекает бесценно....
Похоже, «Кодекс Крови. Книга V (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ибо как бы не балансировал император на лезвии между старыми родовыми порядками и попытками централизации власти, но за своих людей и за свою аристократию он должен стоять намертво, иначе однажды рискует просто не проснуться."
"— Вызывай старуху Вулканову с Камчатки, — принял решение император, — кроме неё, никто по следу Михельса пройти не сможет.
— На чью сторону встанем? — осторожно уточнил Дмитрий Фёдорович.
— На свою!
Глава 7
Команда спасения подобралась своеобразная. Никогда бы не подумал, что оперировать меня будут Тильда в полуобороте, Кирана, Беляк и Жива.
— Ничего не понимаю, — бормотала она, ощупывая меня, слушая сердцебиение и надавливая на серо-чёрные бугорки на теле.
— Жива, — я охнул от боли, когда она, особо не церемонясь, надавила на один из крупных бугорков, — в чём дело-то?
— Боль есть, а быть не должно… — потёрла она подбородок, — ток крови есть, а быть не должно…
— Жива, я с тобой разговариваю! — рыкнул я на магичку, так что она подпрыгнула от неожиданности, но продолжила осматривать меня, будто меня здесь и не было.
— Главное — делать вид, что его здесь нет, и он не присосётся, — бормотала Жива, — и надо бы за Беляком послать, раз уж у нас очень странное умертвие образовалось, ещё и за графа себя выдаёт.
Параллельно я позвал Беляка по кровной связи и срочно попросил прийти в лазарет. Парень ничего не ответил, хотя на более глубоком уровне связи я почувствовал его согласие. Снятие пары узлов с печати даёт свои плоды, скоро я смогу чувствовать своих людей как самого себя, а при желании и читать как открытую книгу.
Я настроился на Живу и понял, что она страшно боится, но старается не подавать виду, ведь если умертвие почует её слабину, то может выпить до дна.
— Жива, мать твою, я живой, — позвал я магичку по кровной связи, — я не умертвие, ты с чего вдруг взяла, что я нежитью стал?
Магичка впервые взглянула мне в глаза, надеясь и одновременно страшась не обнаружить в них искру разума.
— Ваша светлость… Вы… — и она разрыдалась. Крупные слёзы катились по испуганному лицу.
