Автор
В бездну СИ вышел Седьмой том Кодаля "Крови". Здесь герои оказались в жаркой пустыне после неожиданного прыжка. Ощущение огня и зноя буквально раздувает кровь — как будто ты стоишь перед раскаленным горном. Идти дальше становится труднее, но читатель теряется в атмосфере безумия, когда мир вокруг начинает сжиматься до одного центра: жаждой и пустыней....
Похоже, «Кодекс Крови. Книга VII (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Меня можно отрезать от магии тела, — кровожадно улыбнулся пятёрке будущих смертников, — но от возможностей души хрен вы меня отрежете.
И я снова обернулся эргом. Ошейник-блокиратор с тихим стуком ударился о камни мостовой. Когда вместо испуганного бессильного раба против тебя выступает змеюка размером чуть больше десяти метров с эфемерными когтями и ядом, капающим с клыков, у людей сразу резко меняются приоритеты. Вот и всей пятёрке сильно захотелось сменить ремесло и жить долго и счастливо. Но не тут-то было.
В меня полетели заклинания из всевозможных артефактов, но ни одно не причинило вреда. Судя по щекотке от их попаданий, я сейчас был где-то на уровне Тильды, впервые пожаловавшей ко мне в гости в этот мир. А это давало нереальную фору. Мне следовало только не дать разбежаться своим пленителям. Трое бандитов уже лежали придушенными без сознания вдоль облупившейся стены дома, остальные ещё вяло пытались огрызаться автоматными очередями и магией воды, но как-то уже без огонька, а скорее обречённо.
Вскоре они лежали рядом со своими товарищами. Убивать их я не решился, ещё необходимо было узнать, кто и зачем меня заказал этой банде. А начинать следовало с девицы-эмпатки, под шумок попытавшейся скрыться из переулка во время драки и тихо ойкнувшей, когда я обернул её тело змеиными кольцами, не давая пошевелиться.
Девица от испуга ударила такой волной эротизма, что у бессознательных бандитов штаны в нужных местах забугрились, но мне в змеином теле было на это глубоко безразлично.
"Видя, что её старания не приносят никакого результата, эмпатка разрыдалась и впала в самую настоящую истерику. Менять ипостась на человеческую было опасно, мало ли, девица лишь притворяется, поэтому я решил, не мудрствуя лукаво, просто забрать всю компанию для допроса в Амалиенборг. Тем более датского я не знал, что весьма и весьма усложняло коммуникацию.
«Тэймэй, — обратился я к невесте, — у нас гостей там нет случайно? Хочу вернуться… с компанией друзей».
Почувствовав в моих словах сарказм, иллюзионистка отреагировала в своей манере:
«Скучаем в одиночестве. Приветственный комитет собирать?»
«Собирай. Точку прокола настраиваю на тебя», — предупредил я невесту и принялся концентрироваться на нашей с ней связи.
Как ни странно, но я стал ощущать разную силу кровной связи, ранее казавшейся одинаковой. Сильнее всего она сейчас ощущалась с Кираной, как с сестрой, и с Тэймэй, как с матерью моего сына.
