Автор
В холодном зале ветерок играют с пламенными тканями на теле Анны, его красивого лица нет признака тепла или дружбы. Я чувствую себя неуверенно под ее ласковой хваткой и ее умилительной улыбкой, но глубоко внутри я жаждет узнать, действительно ли это платье её не нравится из-за цвета....
"
"– Тогда у меня больше нет вопросов, – появилась улыбка на его лице, и он потер руки. – Смету сейчас подобью, и мы готовы приступать через… – он задумался, а затем дернул рукой, чтобы оголилось место с часами. – Тридцать восемь минут, и мы у вас со всем нужным.
– Быстро, однако, работаете… – вроде только получили заказ, и уже почти сразу приступают к делу.
Виконт Смородин лишь довольно улыбнулся на мою похвалу.
– На то мы и лучшие.
И с этого момента началась работа по-полной. Как я ненавидел себя за это все. Дело в том, что идея была полностью моей, и мне же приходилось следить за ее исполнением, чтобы они, не дай бог, не накосячили.
К работе были привлечены все, даже Волк. У него была важная миссия, которую он выполнил, надеюсь, как полагается. Бедняга сменил свой меч и винтовку на линейку-рулетку, и бегал…бегал…бегал… По сто раз все измерял.
А строители, кажется, теперь думают, что Галактионов тот еще пафосный малец. Вот только подумать, зачем ему двенадцать башен и башенок с местом для приема гостей? Ладно, если бы одну большую, но двенадцать маленьких… И еще с личным винным подвалом в каждой.
– Может хоть купол сделаем, а не навес из брезента? Оно же смотрится просто ужасно… – взмолился на меня прораб. – Вы поймите, моя душа просто стонет от такого обращения.
– Всегда хотел открытую башню, а брезент летом снимем, и мы сможем проводить приемы на свежем воздухе.
Лицо прораба скривилось, и он закатил глаза, но спорить больше не стал.
Сейчас постройка смотрелась очень странно и муторно… Как необычное желание богатенького аристократа. Есть у них такая фишка – создавать всякую глупость, чтобы удивлять других. Но ведь так и должно все смотреться.
Все строительство заняло в сумме три дня, за которые я, по правде, не включал телефон, чтобы не отвлекаться. А зачем?
Когда последний кирпичик был выложен, и последняя сложная магема для усиления наложена, меня попросили оплатить всю работу.
Пол миллиона… Мой хомяк повесился, а Анна лишь тяжело вздохнула.
– Надеюсь, оно того будет стоить, – обнимая меня со спины и глядя на эти причудливые башенки, вздохнула она.
– С каких это пор, моя дорогая Анна, ты стала во мне сомневаться? – окинул ее довольным взглядом.
Мне нравилось, что мою задумку так никто и не понял. Лишь Волк был в курсе всего, ну и Шнырька, который следил, чтобы работяги ничего лишнего не сделали, и заодно не всунули никуда свой нос.
