Автор
В холодном зале ветерок играют с пламенными тканями на теле Анны, его красивого лица нет признака тепла или дружбы. Я чувствую себя неуверенно под ее ласковой хваткой и ее умилительной улыбкой, но глубоко внутри я жаждет узнать, действительно ли это платье её не нравится из-за цвета....
Понятно, что люди в этом мире привыкли к такому, и никто здесь не застрахован. Тут скорее работает правило «адекватного возмездия». Если у сильного Рода уничтожат десяток деревень, то это норма. Но вот как он отомстит, это будет его личным делом. Я вот не хочу мстить за погибших, но и держать гвардию в каждой деревне тоже возможности нет. Наверное, в этом мире ни у кого такой возможности нет. Разве что у рода всего три деревни.
Хотя, о чем это я? Они же напали именно на деревню, а не на имение.
Ну ладно… Я кое что придумал, специально для таких случаев.
– Я выполнила твою просьбу, и уже завтра сюда прибудет бригада строителей, – сообщила мне девушка. – Расскажешь, что ты придумал?
Ох, а какое любопытство горит у нее в глазах.
– Мы немного перестроим наш дом, и сделаем из нашего него укрепленный замок, – рассказал, что мог.
– Информативно, – хмыкнула, с улыбкой на лице, Анна.
– Как получается… – пожал я плечами, и вдруг притянул ее к себе поближе и обнял.
– Ладно уговорил, завтра сама все увижу, – прижалась она ко мне.
Так мы просидели минут тридцать, за которые девушка говорила, а я молчал и слушал. Денег у нас не так много осталось, а дел вообще вагон и сто одна тележка, которые, как маленькие детки, тянутся за папой-вагоном, и ни на миг не отстают.
Нужно сперва решить вопросы с Андросовым, а потом уже с Хельгой и ее семейством.
Утром я узнал… Мне лично позвонил ее отец, и самое интересное, как он смог дозвониться на мой выключенный телефон.
Просто утром, когда я еще спал, меня разбудил Волк и сказал, что к дому направляется военная машина. Он еще что-то уточнял, но я не понял. Понял лишь одно, что машина была последней модели, но не наша, а иностранная. Из нее вышел здоровенный мужчина северной наружности и постучал в дверь.
Ему открыли, и он попросил передать мне телефон. Как только я взял его в руки у себя в спальне, как пришел вызов.
Суровый у нее отец, ничего не скажешь. Вроде благодарит, а такое ощущение, что сражается. Конечно, я не я, если бы проиграл в такой битве, и держался молодцом. Он пару раз что-то пытался мне сказать, повысив при этом голос, но ничего у него не получилось.
