Автор
В холодном зале ветерок играют с пламенными тканями на теле Анны, его красивого лица нет признака тепла или дружбы. Я чувствую себя неуверенно под ее ласковой хваткой и ее умилительной улыбкой, но глубоко внутри я жаждет узнать, действительно ли это платье её не нравится из-за цвета....
– Ну да, понимаю, – пожал плечами Бурбулис. – Ну, так и что? Если у вас самих рука не поднимается, то давайте я его убью! Станет тихо, и я пойду заниматься своим творчеством.
– Так-так-так! – остановил я его. – Секундочку! Откуда ты знаешь его язык?
Тут Бурбулис добродушно усмехнулся и ловко подкрутил свой ус, явно наслаждаясь возникшей ситуацией.
– А тебе не показалось странным, что я русский откуда-то знаю?
Тут я озадачился и почесал репу.
– Нет.
Бурбулис звонко рассмеялся.
– Ну, я бы сказал, что ты тупой.
– Хороший навык, – задумчиво протянул я. – Ты и мечник, и полиглот. Может у тебя ещё есть какие-то неведомые способности, о которых я не знаю?
– Конечно же, есть! – подбоченился Бурбулис.
– Чего?! – снова охренел я.
Тут Бурбулис нахмурился.
– Ты бы хоть поинтересовался, дружище, чем я там занимаюсь. Я же не просто так из подвала не вылезаю. Я строю себе эту, как её… репутацию!
– Подожди, это тебе в Питер лететь нужно?
– Нет, не нужно, – засмеялся Бурбулис.
Он достал из кармана телефон, что-то тыкнул, и у меня блямкнуло оповещение. Я заглянул.
«Бурбулис 44-ый, наследный…» – дальше перечислялись титулы на пол страницы – «…приглашает Вас в друзья!».
Я хмыкнул и нажал.
– Это что такое?
– Пфф! – опять нахмурился Бурбулис. – Я в этом мире без году неделя, а ты тут родился, и ты не знаешь, что это такое? Гениальное изобретение человечества – социальная сеть! Через нее все продвинутые люди общаются. А не вот это вот всё, – он определённо развёл руками.
Я тяжело вздохнул.
– Мне бы времени побольше… И всё равно бы я в соц. сети не полез, – задумчиво проговорил я.
– Баня! – сказал Волк.
– Водка! – подхватил Паша.
– Бабы! – счастливо зажмурился Такеши, и от переизбытка чувств нажал приблуду в своей руке, которая нажала что-то на руке у пленника. У того затрещал палец, и смуглый заорал еще громче.
Бурбулис заржал.
– Ишаков вспоминает! Но это времяпровождение так себе…
– Ладно, оставим пока в покое твое прекрасное прошлое, – тут я сбился.
