Первый Охотник стоял перед Стеной Откровения на карте Множественных Миров, отметив сквозь слезы то, что еще пять миров перешли под контроль Неведомого. Взгляд его встретился с четырьмя уцелевшими мира, которых необходимо отбить у бесконечных сил. Однако кажется, Орден постепенно проигрывает эту неравную битву в Многомерной Вселенной....
Огонь Феникса не только убивал живые трупы, но и очищал их души, не позволяя невидимому Некроманту поднимать их снова. А после очищения — часть энергии уходящих на покой душ передавалась Фениксу, усиливая ее. Профит!
Медоед. Вы когда-нибудь видели чумного медоеда? Я вот теперь видел. Обвешанный с ног до головы всеми возможными заклинаниями мерзости, пылающий зеленой тошнотворной аурой, блюющий Отморозок метался вокруг, уничтожая всех вокруг, а его моча прожигала камни. Он, периодически умирал, воскрешался исцеленным, и снова бросался на врага.
А еще меня за спиной стоял Один и контролировал обстановку, прикрывая «слабые» места. Он так шустро вертел головой, что я боялся, как бы он голову не скрутил. Я вздохнул. Надо восстановить ему глаз, с одним трудновато ему работать.
Блин! Вот выйду из Разлома и займусь! Вот только где на все это время взять?!
Катя же, изначально, немного оторопела от того, как реагировала на нее поднятая нежить.
И хоть я ее заранее предупредил, Катя не верила до последнего. Дар Тёмной Богини был странным. Как, впрочем, и сама Темная Богиня. Я точно знаю — она ненавидела Игры со Смертью и сильно обижалась, когда кто-то считал, что источник силы Неназываемого и ее имеет общие корни.
Да, мало знающие люди могли так подумать, но только не Охотники. Я точно знал, что если бы Катя попробовала применить заклинания Некромантии, то ее Дар бы ее тотчас наказал. Жестоко наказал!
Если совсем просто, то Дар Андросовой был предназначен для убийства людей и тварей. Быстрого, эффективного и, иногда эффектного. И все. Обратного воскрешения он бы просто не потерпел. А вот окончательно упокоение восставших Душ — это ее Дар очень любил и уважал.
