Первый Охотник стоял перед Стеной Откровения на карте Множественных Миров, отметив сквозь слезы то, что еще пять миров перешли под контроль Неведомого. Взгляд его встретился с четырьмя уцелевшими мира, которых необходимо отбить у бесконечных сил. Однако кажется, Орден постепенно проигрывает эту неравную битву в Многомерной Вселенной....
Они встречались не так часто, но все таки были, и участь их была незавидной. Впрочем, это нам сейчас хорошо демонстрирует мертвый Охотник, который, скорее всего, сбегая от праведного наказания, застрял в этом мире, где его и убили. Хотя, с другой стороны… Не сходится… Нет, все не так! Я понял…
Он изначально собирал человеческие души, которые извратили его самого, а затем он умер. У него был выбор — сразу умереть или превратиться в мертвого под воздействием некротики, которой в нем много было.
Этот Охотник собирал не только души живых, но и мертвых, когда сражался с нежитью.
Пока мои напарники и питомцы сражались, я не сводил своего взгляда с Охотника, который стоял далеко на вершине горы в серой броне из кости единорога, что раньше была белой, а теперь потеряла цвет через испускаемую от него энергию. Он тоже смотрел в мою сторону, только его взгляд был безжизненным и пустым. При смерти он потерял все свои эмоции, и хотя мог мыслить, но человеком уже не был.
Ладно… Пора ему кое-что напомнить, а то не нравится мне такой противник.
Напитываю тело энергией, и в несколько прыжков оказываюсь на пригорке. Затем поднимаю руку вверх и выпускаю в небо два луча энергии, которая формирует герб Рода Галактионовых. Мой личный герб начинает развеваться над этой мертвой землей, освещая ее мягким теплым светом, отчего мертвякам становится больно и они начинают громко кричат. Охотнику же плевать… Но это и неудивительно.
Рука снова поднимается к небу, но уже нацелена на другой участок. В этот раз луч, который вылетает, уже не узкий, а размером со столетний дуб.
Сигил Охотников засиял над полем боя. Это была сплетенная сеть из разных элементов, начиная от головы чудовища и заканчивая кулаком, который означает братство. Теперь нежити становится еще больнее, и она бьется в припадках. Правда, от этого еще сильнее напирает в нашу сторону.
