В Клыкове каждый знает каждого. Жители этого старинного уголка любят свою уютную жизнь между живописными горами и таинственными лесами. Но когда мир вдруг становится опасным, небывалое объединение душевных отверстий позволяет жителям преодолеть страх.
– И что такое с Поветрулей? Избалованная богатая стерва, такая же, как ее мамочка, – вспылила Карина. – Чего ей не хватает, что она так кидается на окружающих?
– Да кто ж ее знает? – пожал плечами Зверев.
– И о каком еще Кодексе они болтали? – вспомнил Димка. – Ты об этом что-нибудь слышала?
Карина отрицательно покачала головой.
– Нужно у Жени спросить, – посоветовала она. – Степанова знает их намного лучше меня. У заклинателей свои фишки, может, и этот пресловутый Кодекс к ним относится? А вообще хорошо, что я не в их группе.
– В любом случае это было интересное мероприятие, – мрачно усмехнулся Димка.
И все трое громко прыснули, вспомнив о маневрах незадачливых летунов.
* * *Профессор Вениамин Дубровский вошел в здание краеведческого музея и направился к лестнице, ведущей на второй этаж. Ему неоднократно приходилось бывать здесь еще во времена профессора Андронати. Но сейчас старик находился в больнице, а музеем управляла Алена Сухорукова.
После недавнего ремонта все в музее сверкало новой облицовкой, свет современных светильников отражался в стеклах новых витрин. В правом крыле работала строительная бригада, оттуда доносился шум техники. Когда-то эти помещения пустовали, но сейчас их было решено отдать под кафе и новую художественную галерею.
Алена Александровна оборудовала себе офис в помещении по соседству со старым кабинетом Андронати. К ее чести, она не стала занимать комнату профессора, зная, что когда-нибудь он еще вернется на свое рабочее место.
– Господин Дубровский! – улыбнулась Сухорукова, когда он постучал в открытую дверь ее кабинета.
– Да, здесь было столько народа. Да еще этот ужасный эпизод с той девочкой.
– И не говорите, – помрачнела Сухорукова. – Сдается мне, в вашем Клыково постоянно творится что-то из ряда вон. А ведь с первого взгляда и не скажешь, такой тихий, мирный городок.
– Первое впечатление обманчиво, – улыбнулся Дубровский. – Пусть вас не вводит в заблуждение здешняя тишина.
