В Клыкове каждый знает каждого. Жители этого старинного уголка любят свою уютную жизнь между живописными горами и таинственными лесами. Но когда мир вдруг становится опасным, небывалое объединение душевных отверстий позволяет жителям преодолеть страх.
Именно в тишине подчас творятся всякие гнусности. Но это не значит, что город плох. Очень скоро закончится сезон туристов, вот тогда вы узнаете, что такое настоящая спокойная и размеренная жизнь.
– Присаживайтесь. – Алена Александровна показала ему на свободное кресло. – Хотите чего-нибудь выпить?
– От чашечки кофе я бы не отказался.
– Марьяна! – крикнула Сухорукова. – Приготовь нам кофе!
– Ну вот, опять начинается! – раздался раздраженный крик в коридоре. – Только я решила немного вздремнуть!
– Пошевеливайся, никчемная лентяйка! Тебе полезно растрясти лишний жирок!"
"– Чтобы стать такой же сушеной воблой, как вы?! Нет уж, увольте!
– Допросишься, возьму и уволю!
– И кто тогда будет целыми днями выслушивать ваши придирки?!
Профессор Дубровский изумленно уставился на Сухорукову.
– Это моя помощница, – отмахнулась та. – Не обращайте внимания. Любит поворчать, но с делами справляется хорошо. Так что привело вас ко мне, Вениамин?
– Если помните, мы впервые встретились на одном мероприятии в музее истории Санкт-Эринбурга.
– О, дела давно минувших дней, – усмехнулась Алена. – Мы с Платоном уже несколько месяцев не виделись.
– Сожалею…
– Не стоит. В нашем возрасте пылкие романы, оканчивающиеся пышной свадьбой, случаются лишь в глупых сериалах да книжках про любовь. Люди встречаются, расстаются. Это нормально. С Платоном Евсеевичем нам было хорошо, но – увы.
– Он рассказывал мне о вас. Говорил, что вы отлично разбираетесь в древних языках.
– Совершенно верно, – кивнула Сухорукова. – Когда-то это было моей профессией, я тогда много путешествовала по разным странам, работала на раскопках древних гробниц.
В этот момент в кабинет вошла та самая Марьяна – невысокая полная женщина с короткими темными волосами. Она принесла поднос, на котором звенели две миниатюрные чашечки кофе и серебряная вазочка с печеньем.
– Надеюсь, теперь меня оставят в покое?! – воскликнула она. – Я то слежу за строителями, то ругаюсь с подрядчиком, то мою полы! Умаялась уже, сил нет!
– Иди отсюда, не пугай людей, – бросила в ответ Алена Александровна.
Брякнув поднос на стол, толстушка удалилась, смерив напоследок Дубровского недовольным взглядом.
– Я хочу показать вам кое-что, – продолжил профессор, взяв с подноса чашку. – И мне бы хотелось узнать перевод.
– Давайте посмотрим, – с готовностью кивнула Сухорукова. – Это текст?
– Запись разговора, – пояснил профессор Дубровский.
