Автор
Спустя тридцать лет преступление, потрясшее деревню Сазоново, вновь настигает его соучастников. Призраки прошлого, считавшиеся умершими люди и потерянные сокровища вынуждают главных героев пересмотреть то, что они хотели забыть навсегда. Убийство не имеет срока давности.
Так правильно?
— Сгущенку, — поправила Юлия. — Если тебе нужен мой совет, то покупай не молоко, оно и в деревенском магазине есть, я видела, а сгущенные сливки, а также какао. Это действительно очень вкусно.
Вероника купила и сливки, и какао, и молоко. И еще белый мягкий батон, от которого отломила горбушку и тут же, не дожидаясь возвращения домой, начала обмакивать ее во вскрытую баночку сгущенки. Откусила, зажмурилась от удовольствия. Тягучая белая капля начала пробираться по подбородку. Вероника высунула длинный розовый язык и слизнула ее.
— Вкусно! Хочешь?
— А давай! — В Юлию словно вселился чертенок. Она поставила сумки с купленными продуктами прямо на бетонный пол, зажав их ногами, чтобы не украли вместе с кошельком, тоже отломила кусок мягкой булки, повертела внутри пластиковой баночки, ловко отправила в рот, не пролив ни капли.
— Вот как надо! Эх ты, иностранка."
"Купленные продукты она сложила в сумку-холодильник, чтобы не испортились на жаре, после чего они действительно сходили в кино, посмотрев американский фильм «Опасная игра Слоун» с прекрасной Джессикой Честейн в главной роли, а затем, гулять так гулять, еще и в небольшое уютное кафе, где заказали по шарику сливочного, фисташкового и шоколадного мороженого каждой. Обратно в Сазоново, вполне довольные жизнью и друг другом, они вернулись, когда часы показывали начало шестого. Впрочем, предупрежденная по телефону Джемма не волновалась за дочь, а за Юлию и вовсе волноваться было некому.
— Довезти тебя до дома? — спросила Юлия, подъехав к собственным воротам.
— Нет, там же все равно шлагбаум, а ключи от него дома. — Вероника отстегнула ремень и повернулась к новой подруге. — Давай я помогу тебе затащить пакеты в дом, а потом пойду себе потихоньку. Надо же и маму покормить сгущенкой!
— У тебя классная мама, — улыбнулась Юлия и вылезла из машины, чтобы открыть ворота.
Вероника тоже вышла на улицу, попрыгала, разгоняя кровь в ногах.
— Вернулись? — спросила из-за забора Ирина Сергеевна. Ее пергидрольные кудряшки были повязаны синтетической косынкой яркого кислотно-оранжевого цвета, аж глаза резало. — Моего мужика не видели?
— Игоря Петровича? — зачем-то уточнила Юля, хотя у соседки не могло быть никакого другого мужа.
— Так кого ж еще? Как вы уехали, так сказал, что на рыбалку пойдет. И нету уж который час, хотя какая рыбалка в самый-то зной? Газон не кошен, картошка не окучена, завтра на работу опять уедет — и поминай, как звали. Так нет, даже глаз домой не кажет.
