В кабинете, заваленном бумагами и книгами, Ардашев решил перейти к новым романам — он начал читать Чехова в поисках новых идеи для своего собственного произведения. В этот вечер было особенно поздно, а город словно замер на тихой улице, дыша небольшим холмистым ветерком. Утро воскресенья принесло необычное событие — открытие нового кинотеатра «Модерн», где зрителям предстояло насладиться французскими картинами, среди них и новые переживания для Ардашева....
"Иван Любенко
Слепень (повести)
Мёртвое пианино
I
Вернувшись из сочинского имения редактора «Петербургской газеты», Ардашевы зажили привычной провинциальной жизнью. Днём Клим Пантелеевич участвовал в судебных заседаниях, а по вечерам возвращался к недоконченному роману или до позднего вечера засиживался в кабинете с томиком Чехова.
Вторник шестого августа был неприсутственным днём — Ставрополь отмечал Преображение Господне (Яблочный Спас), — и Ардашевы решили посетить новый кинематограф «Модерн», открытый братьями Меснянкиными в двухэтажном «Пассаже»[1].
Уже на подходе к «Пассажу» зазывно кричали красные афиши рекламных тумб: «Спешите видеть! Видовая лента “Полёт дирижабля”. За ней — фильма “Ад”! Только здесь вы можете встретить трёхротого Люцифера и своих умерших знакомых.
Пройдя в зал, Ардашевы заняли кресла в пятом ряду. Билет сюда стоил пятьдесят копеек. Если оставались свободные места, гимназистам и нижним чинам продавали места за половину стоимости.
Почти у самого экрана, под углом, стояло пианино. На венском стуле висел летний сюртук тапёра. Самого музыканта в зале ещё не было. На приставном столике виднелась бутылка сельтерской и чайный стакан.
Мимо Ардашевых текла людская река. Зал заполнялся, точно пчелиный улей перед дождём. Клим Пантелеевич раскланивался со знакомыми.
