Ни за что…
Страх сомкнулся удушающим кольцом, но я заставил себя успокоиться. Дорога заканчивалась небольшой грязной площадкой. Седан был припаркован криво, как будто Холдена просто занесло на это место. Дверь открыта, свет включен, двигатель все еще работал. Темная фигура со светлыми волосами неуверенно шагала к воде.
– Вот дерьмо.
Я припарковался и помчался следом, туфли сначала шлепали по асфальту, а затем начали тонуть в песке. В двадцати ярдах впереди меня Холден снимал свое черное пальто, бросив его темным пятном на пустынном пляже.
Я выкрикнул его имя под грохот разбивающихся волн и ветра, который взбивал черную воду в белую пену.
Холден не остановился и широкими шагами вошел в воду. Его атаковали волны, намочив одежду до пояса. Затем по грудь, когда мне удалось только добежать до берега. Я втянул носом воздух и выругался, холод вгрызся в тело острыми зубами.
Он остановился, позволив волнам накрыть его, и стоял очень тихо… А затем как подкошенный упал в воду.
– Холден! – закричал я, борясь с волнами, бившимися о мои бедра, и песком, засасывающим ботинки.
На несколько ужасающих секунд я подумал, что потерял его. Я не мог до него докричаться. Прилив отталкивал меня, не подпуская ближе. Но вдруг Холден снова поднялся и спокойно замер на месте, вот только все его тело сотрясала крупная дрожь. Я сократил расстояние между нами, протянул руку и схватил его за плечо, чтобы повернуть лицом к себе.
– Холден… – прерывающимся голосом произнес я. – Что ты делаешь?
– То, что они говорили, – ответил он. Его лицо было бледным, на посиневших и дрожащих губах застыла пугающая, печальная улыбка. – Когда у тебя возникают нежелательные мысли и чувства… нужно идти в воду.
Сдавленный крик вырвался из моего горла, и я притянул его к себе, крепко прижимая к груди. Его руки повисли по бокам, и он обмяк. По моим щекам покатились горячие слезы и закапали на холодную кожу его шеи.
– Прости, – прошептал я. – Мне так жаль.
Холден помотал головой у меня на плече.
– Не за что извиняться. Я так всегда. Это все, что я умею делать.
Я отстранился и обхватил его лицо обеими руками.
– Послушай меня. Я собираюсь рассказать им. Моему отцу и… всем остальным. Я не поеду в Алабаму. И не собираюсь играть в футбол. – Я сглотнул. – Я тебя не оставлю. Не хочу тебя бросать. И не смогу.
Холден поморщился и покачал головой.
– Нет. Не говори так. Пожалуйста… не надо.
– Буду говорить, – возразил я, перекрикивая океан, чтобы быть услышанным. Чтобы он услышал меня и поверил. – Я должен был сказать это давным-давно.
– Ривер… ты этого не хочешь. Я же гребаный псих. Я…
– А кто нет? Некоторые люди просто лучше это скрывают. Мне приходилось прятаться всю свою жизнь. – Я крепче стиснул его, удерживая ладонями за шею. – Ты сильный.