Автор
Когда ты вернешься ко мне – это романтический поезд в мире музыки и эмоций. В каждой строчке страстного звучания вы найдете отражение души главной героини, как она проходит через свои сложные чувства, будь то любовь или нежелание признаться в них. Атмосфера книги — это яркие персонажи и музыкальные гармонии, которые словно застывают моментами, когда ты готов развернуть страницы....
– В образе собственника ты еще более очарователен, – заметил я и кончиками пальцев разгладил морщинку в уголке его губ. – Ничего не было. Он не ты. Я же говорил тебе, Холден, ты для меня все. Больше никогда никого не будет.
Его зеленые глаза засияли."
"– И у меня. Больше никого, Ривер. И я останусь рядом с тобой, хочешь ты того или нет. У меня впереди книжный тур по тридцати городам, но я все отменю. Или можешь поехать со мной, но расставаться снова я не хочу.
– Ты согласен остаться в Санта-Крузе? Ты же ненавидишь это место.
– Оно начинает мне нравиться. – Его улыбка смягчилась. – И здесь ты. Возможно, у меня слегка поедет крыша, если мы не будем время от времени путешествовать, но эту проблему мы сможем решить, верно?
– Сможем, конечно. – Я улыбнулся, и глубоко внутри меня зародилось какое-то чувство. Последние остатки тревоги и неуверенности улетучились, и мои глаза закрылись.
Холден перевернул меня на бок, прижал спиной к своей груди и обнял сзади.
– Спи. Тебе нужен отдых.
– Мне нужен ты.
Холден крепче обнял меня и прижался губами к моей шее.
– Я никуда не денусь.
Мне снился Кайл, мой кулак, поднятый, чтобы ударить его, и плачущая Амелия. Снилось, как мой отец возвращается к жизни после трехлетней спячки. Снилось, как я стою на коленях перед океаном и кричу от боли на ветер.
И Холден…
Я резко проснулся и сел. В комнате было темно; часы показывали одиннадцать вечера. Сердце сжалось от знакомой боли.
Он мне приснился.
Я перевернулся на спину, и фигура на кровати рядом со мной зашевелилась.
Холден приоткрыл один глаз и улыбнулся. Красивый, без защитной иронии или стен.
– Чувствуешь себя лучше? – поинтересовался он.
Я кивнул, уткнувшись в подушку.
– Горе никуда не делось, но я его больше не боюсь.
– Понимаю, о чем ты. Моя книга сделала со мной то же самое. Это как долго кричать навстречу ветру.
– Я так горжусь тобой.
– Я тоже собой горжусь, – сухо отозвался он. – Несколько часов лежу полуголый с тобой в одной постели и пока еще не слетел с катушек.
С грубым рыком я оттолкнул его и лег на него сверху. Теплое, тяжелое, реальное тело наконец-то подо мной. Я прижался к Холдену бедрами. Один раз. Медленно.
Он застонал.
– Чтоб тебя, Ривер!
– Да, именно это.
Его глаза расширились от моего дикого тона, а в ложбинке на шее бешено забился пульс.
