Автор
Когда ты вернешься ко мне – это романтический поезд в мире музыки и эмоций. В каждой строчке страстного звучания вы найдете отражение души главной героини, как она проходит через свои сложные чувства, будь то любовь или нежелание признаться в них. Атмосфера книги — это яркие персонажи и музыкальные гармонии, которые словно застывают моментами, когда ты готов развернуть страницы....
Я на двадцать минут опаздывал на встречу с Вайолет, но от меня воняло жиром и соусом для барбекю. Я еще раз быстро принял душ в ванной дальше по коридору, затем обернул полотенце вокруг талии и поспешил обратно в свою комнату.
Смокинг в чехле висел на крючке на задней стороне моей двери. Я сорвал его и бросил на кровать, затем со сдавленным вздохом прижался спиной к гардеробу, чуть не выронив полотенце.
Холден Пэриш небрежно прислонился к моему комоду. Он был одет во все черное, за исключением длинного серого твидового пальто.
– Господи боже!
– Не совсем, но могу понять твою ошибку. – Он лениво рассматривал свои ногти. – Хотя беру свои слова обратно. Мы с ним совсем не похожи.
– Как ты попал внутрь? – прошипел я, быстро взглянув на дверь своей спальни, которую, слава богу, не забыл закрыть.
– У меня свои способы. Кроме того, входная дверь была не заперта. – С безумно коварной улыбкой он нагло прошелся ярко-зеленым взглядом по моему обнаженному торсу.
– Нашего первого?.. – Я покачал головой. – Меня что, по голове сильно ударили? У меня галлюцинации? Какого хрена ты здесь делаешь?
– Спасаю тебя.
Я фыркнул.
– Ладно, сдаюсь. От чего?
– От этого дня. Сегодня вечером у нас… Как это у вас, футболистов, называется? Тайм-аут.
– Меня не нужно спасать.
– Ты все это читал? – спросил Холден, изучая мой книжный стеллаж. Он был небольшим, всего три полки, но забит до отказа, некоторые книги громоздились друг на друге, а другие лежали стопкой на полу.
– Они здесь не для украшения.
– М-м-м. Ты читаешь. И в математике не дурак… впечатляет.
– Спасибо, – рассеянно буркнул я, в голове творился полный хаос.
Я больше ни секунды не мог находиться с ним в одной комнате, одетый в одно только полотенце. Я подошел к своему гардеробу, войдя прямо в грозовое облако, окружавшее Холдена, – запах его тела и одеколона с привкусом гвоздики и водки. Порылся в ящике в поисках нижнего белья, сжимая полотенце вокруг бедер побелевшими костяшками пальцев.
Он вытащил из стопки мой потрепанный экземпляр книги «Поправки-22» и показал мне обложку.
