Автор
Вечеринка Анны шокировала своих гостей своей избалованностью и остроумием, когда все они внезапно набросились в теоретическую войну за танковую лопату. В этой атмосфере смеха и игростепности находился роман "Когда утонет черепаха", где Солдатенко вкладывает дремучие темы современной жизни яркими образами и захватывающим сюжетом....
Глупо улыбаясь, смотрел на деревья и дома. Ему нравились люди. Он находил чудесным местный воздух. Коровы казались богинями. Трава с её честностью и простотой казалась сутью мира. Несколько раз принимался просить прощения у Анны, чем немало её напугал. Михкель Сакс признался, ему тоже предлагали стать начальником полиции. Но после сумасшествия капитана Саара стало ясно, должность несчастливая.
– Теперь вот и этот, – капрал многозначительно показывал на Тома, сидящего под дубом у ратуши с совершенно отрешённым видом.
Через три дня позвонили из больницы. Оярс Вимба выжил. Доктор сказал, старик хочет серьёзно поговорить с неким Хуго Прустом, штаб-сержантом.
– Только никаких волнующих тем, пожалуйста.
И передал трубку.
– Ты хитрый бес, – сказал хуторянин без всякого «привет». – Ты притащил мне эту сирену. Думал, я выболтаю рецепт сыра? Дулю! Не на того напал!
– Оярс. Дорогой! Засунь себе свой рецепт куда хочешь! Я так рад, что ты выжил!
Связь прервалась.
Через неделю Том встретил Оярса на пристани. Больше некому.
Однако ж, на следующий день явился к дому Ларсена.
– Рецепт хочешь?
– Не хочу. Ничего больше не хочу.
– А я тебе всё равно его дам.
– Не понял?
– Дам тебе рецепт. А ты за это вернёшь Флор.
Том растерялся. Посмотрел на старика, не спятил ли. Но тот заговорил с последним пылом.
– Верни мне её! Ты можешь! Ты хитрый!
– Кого вернуть?
– Флор!
– Зачем?
– Люблю!
– Я дам телефон, если уговоришь, пойду свидетелем на свадьбу.
– Нет. Надо наверняка. Я с женщинами не умею. А ты можешь.
– Иди домой, Оярс. Будет с тебя страстей. Храни свой рецепт.
Старик надулся. Помолчал.
– Не приходи больше. Ещё раз тебя увижу – застрелю.
Паша"
"Продюсеры сообщили, заказчица хочет руководить напрямую. Её идеи, с её же слов, теряются в пути. Продюсеры пожелали Паше выдержки, умоляли держать себя в руках. Вскоре на мониторе появилась Тамара Ивановна. Её лицо по форме и площади точно совпало с экраном. Идеальный прямоугольник.
– Здравствуйте, дорогой Паша! Наконец-то мы увиделись! – сказала женщина.
– Очень, очень рад, – слукавил сценарист. Тамара Ивановна была щедра на похвалы. Ей нравился сценарий. Она тут смеялась и там смеялась, а вот в тех местах и этих не могла оторваться. «Не такая уж она и страшная», – подумал Паша.
– Только вот что. Лично мне мало любви.
