В руинах старого дворца жил одинокий человек, верный лишь самому себе. Его мечты шли вразрез с реальностью, а он был не просто странником — его была метафорой всех добрых и злых сил нашего бездушного века. Этот интригующий рассказ описывает феноменального человека, который думает и дышит ночами, влюбленный в свою страну с другой планеты....
После ужина Ордынцев отвел меня к командиру линии. У него за рассказами заполночь и заснули.
Утром у Белецкого уже был один из флаг-офицеров:
- Помилуйте, вы еще спите, а Пал Степаныч просит к себе вашего лазутчика.
- Прямо-таки сам адмирал Нахимов просит к себе? - вырвалось у меня.
- Да-с, прямо-таки сам адмирал Нахимов просит вас к себе, - невозмутимо ответил ""флажок"" .
Этого я не ожидал. Пришлось всю мою ""одиссею"" рассказывать адмиралу сначала. В подробности особые не вдавался, потому что в приемной было полно просителей и во время осады каждое слово командующего гарнизоном было на вес золота.
- А позвольте полюбопытствовать, сударь, на каком языке вы разговаривали с китайцами? - спросил Нахимов.
- На китайском, ваше превосходительство, - ответил я.
- А ну-ка скажите что-нибудь по-китайски, - предложил адмирал.
- Сказать-то я могу, ваше превосходительство, только кто поверит в то, что это китайский язык. Я лучше по-китайски напишу, вот это будет более весомым доказательством моих слов, - сказал я.
- А вот вам бумага и перо, - сказал адмирал, - напишите, что-нибудь соответствующее сегодняшнему моменту.
Я взял бумагу и написал.
- Интересно было бы узнать, что здесь написано, - сказал Нахимов, рассматривая бумагу. И сопровождавшие меня офицеры тоже с любопытством вглядывались в рукописные домики.
- Дословно здесь написано: прошу Вас разрешить мне участвовать в сражениях за Отечество. И подпись - Иркутянин, - перевел я.
- Похвальное желание, мы не только защищаем русскую землю, но и защищаем нашу православную веру, против которой объединились мусульмане и западные христиане, - сказал Павел Степанович и размашисто написал на листе: ""Зачислить волонтером под командование капитана второго ранга Белецкого.
- Дозвольте, ваше превосходительство, организовать команду снайперов - метких стрелков для того, чтобы на важных направлениях лишать противника управления путем поражения командующих ими офицеров, - сказал я.
Если не я, то кто-то другой все равно бы предложил заняться подготовкой снайперов. Я создам команду, а по моему почину такие команды создадут и в других подразделениях, что значительно улучшит положение осажденных войск.
- А что, дельное предложение. Вы, голубчик, - обратился адмирал к Белецкому, - возьмите под свое руководство дело создание такой команды. Если дело будет стоящее, будем распространять опыт.
