В начале весны мир медленно заворачивался в холодные тени. Полосатый мешок издалека проплыл сквозь зарождающуюся серость, а небо над головами приобретало синеву свечения даже в тепле ранней весны. Странное ощущение дробило старые краски уходящего лета.
Конъюнктура! Нам в этом никогда не разобраться… Ну, Героя тебе однозначно не дадут, но Орден мужества – сто процентов.
– Интересная информация, – задумчиво проговорил Герман. – Даже не знаю, как к ней относиться…
– И это не все! – рассмеялся Ужнин. – Пошла полоса везения!.. Знаешь, я в последний момент вдруг подумал, а почему бы не попробовать еще раз? И вместе с представлением подсунуть еще одну бумагу?.. Подсунул, а командующий подмахнул. Так что ты теперь мой начальник штаба!
– Действительно, везуха поперла…
– По жизни всегда так и получается, – согласился полковник.
– Да я ведь МИГаря уронил, товарищ полковник…
– И хрен с ним, сказали маркитанты. Вот если бы не уронил, и, не дай бог, стало известно, кому эти МИГари с «принцессами» продали, тут бы нас опустили ниже некуда.
– Значит, мне предстоит еще одна попытка?
– Кому еще, майор? Ну, не мальчишек же посылать!.
Шабанов походил от окна к двери, сдерживая рвущийся наружу протест, уже превратившийся в назойливую «зубную» боль, сел рядом с полковником: вместо товарища Жукова никого не подселили, и теперь все приходящие садились на кровать.
– Почему мне никто не верит? – спросил больше самого себя.
– С чего ты взял? У командования полка и в округе к тебе доверие полное, – не согласился Ужнин.
– Не о том я, товарищ полковник…"
"– Что касается твоих приключений?.. На этот счет есть особое мнение. Ты же был на месте катастрофы, летал над всем районом… И я был, прочесали на вертушке вдоль и поперек всю территорию – нет ничего. Ни хуторов, ни горнолыжных баз, ни тем более поселков, о которых ты говоришь. Так, встречаются охотничьи зимовья, землянки… Сам видел.
