Старый волхв Велеслав шёл к священной роще по самой обычной дороге, которую уже тысячи раз пересекли его сотни шагов. Самовит не замечал ни морозов, ни зноя, ни распутицы, всё это для него лишь дополнением к привычному пути, как ветер — к дыханию и солнце — к свету.
— А… что я им скажу? — осведомился Дима, нервно застёгивая пуговицу на кармане, в который были помещены деньги. Было понятно, что взяток раньше ему не давали.
— Правду, — ласково ответила Ирина. — Ничего, кроме правды, — и улыбнулась своей самой обворожительной улыбкой."
"Нет, всё-таки, если судьба огорчает вас по-крупному, то в мелочах, наоборот, старается не травмировать. Как правило. Вот и сейчас. Вчерашний охранник по имени Геннадий не только согласился выслушать Ирину, но даже встретиться с ней сегодня и рассказать то, что видел.
Глава 23
По идее, охранник на кладбище и должен быть пьющим человеком, говорила себе Ирина, покупая в ресторане по дороге бутылку самого дешёвого отечественного коньяка. Работа такая, нервная. Надо как-то себя успокаивать.
Она и не представляла, до какой степени близка к истине.
Геннадий жил в ничем не примечательной панельной двенадцатиэтажке неподалёку от метро «Ясенево» и вышел из подъезда буквально через три минуты, после того как Ирина припарковалась во дворе, с трудом отыскав свободное местечко, и позвонила по указанному номеру.
В отличие от своего коллеги Димы, оказался Геннадий мужчиной крупным, тяжёлым (Ирина прочувствовала, как просела машина, когда он сел рядом на место пассажира) и взрослым. Под сорок, не меньше.
— Добрый вечер, — поздоровался он густым голосом. Он него крепко пахло спиртным, табаком и тщательно скрываемым страхом. — Я Геннадий.
— Ирина, — представилась Ирина.
— Хорошая машина.
— Спасибо.
— Это был ваш муж?
— Что?
— Я спрашиваю, это ваш муж вчера на кладбище приезжал?
— Почему вы так решили?
— Вы на той же машине, что и он, и вы о нём спрашиваете. Обычно так ведут себя жёны. Те, кто беспокоится о своих мужьях, — добавил он с грустью.
