Старый волхв Велеслав шёл к священной роще по самой обычной дороге, которую уже тысячи раз пересекли его сотни шагов. Самовит не замечал ни морозов, ни зноя, ни распутицы, всё это для него лишь дополнением к привычному пути, как ветер — к дыханию и солнце — к свету.
То есть, не дай он Ивану и самому себе обещание оставить Светлану в покое до полного выздоровления друга, дела бы нашлись. Да ещё какие дела! Ого-го, а не дела! С огнём в крови и сладкими замираниями в сердце. Но… слово есть слово. Значит, что? Правильно. Нужно убраться от соблазна как можно скорее, а уж потом, когда все условия снова будут соблюдены, приступать к планомерной осаде любимой. Или, наоборот, лихому и безоглядному штурму. Как фишка ляжет.
Когда Сыскарь, уже подлечившись ядрёным огуречным рассольчиком, позавтракав яичницей с колбасой и запив это всё большой чашкой крепчайшего сладкого и горячего чая, а также попрощавшись с хозяином и его женой Ларисой, садился в машину, песня из «Крёстного отца» зазвучала в его кармане снова.
— Смольный слушает! — бодро откликнулся Сыскарь. Остатки похмельного синдрома после завтрака улетучились окончательно, и он был готов принимать мир так, как старался делать это всегда — без уныния и занудности.
— Простите… Кто? — удивлённо переспросил в трубке девичий голос.
— Не кто, а что, — пояснил Сыскарь. — Смольный институт благородных девиц. Позже — штаб большевиков, откуда они руководили Октябрьской революцией одна тысяча девятьсот семнадцатого года. Стыдно не знать историю своей страны, девушка.
— Я знаю историю, — сказала девушка. — Даже в школе её преподаю. Между прочим. Андрей, это вы?
— Ой, — сказал Сыскарь. — Света?
— Да, это я. Здравствуйте, Андрей.
— Здравствуйте, Света. Тысяча извинений, неудачная шутка, бывает.
— Раз шутите, значит, у вас хорошее настроение.
— В самую точку. А сейчас, когда вы позвонили и я вас слушаю, моё настроение и вовсе парит на крыльях… — он чуть не ляпнул — «любви», но вовремя прикусил язык. Этого ещё не хватало. Во-первых, пошло так, что дальше некуда, а во-вторых, не время. «Попридержи коней, Сыскарь», — сказал он себе, а в трубку промурлыкал: — В общем, рад слышать ваш голос. Чем могу помочь? Я в полном вашем распоряжении… — он глянул на часы, которые показывали без десяти одиннадцать, — целых сорок минут.
— Я не дома, на остановке автобуса, на трассе, знаете?
— Э… кажется, да. Нет, вспомнил, точно знаю. А что вы там делаете?
— Вам звоню. Понимаете, я опоздала на автобус в райцентр, а следующий только через два часа. Вот и подумала, вдруг вы не откажетесь меня отвезти? Если, конечно, вам не очень трудно.
— Мне исключительно легко, Света. Легко и радостно. Уже мчусь, ждите. Буду через пять минут.
