Автор
В Колечке с бирюзой читатель погружается в мир отчаяния и жестокости, где боль становится необъятной и запертой в стене тьмы. Сцены физического насилия и отчаянного страдания переплетаются с глубинными умственными муками, создавая атмосферу жестокого пленения, где все кажется конечным....
А мужики ведь, если заболеют, то больше, чем дети, к себе внимания и заботы требуют. Вот и кажется им в этот момент: лучшей женщины, чем медсестра, и на свете нет. Вешают девкам лапшу на уши, а те, дурехи, не понимают, что они видят в них прежде всего мамку или няньку, только на такую любовь их и хватает, а выйдут за ворота — ищи их, свищи! Там у них другая жизнь, другая любовь, а госпитальная улетучивается, как с белых яблонь дым.
— Выходит, и ваш…
— Нет, у нас все по-другому было.
Глава 2
По пути в десятую палату Наташа заглянула в процедурную.
Наташа вынесла ведро с мусором. Зашла в ординаторскую, очистила от окурков пепельницу, полила цветы на подоконнике. Потом ее окликнули из пятой палаты, и она помчалась со всех ног выносить судно в туалет.
В десятой палате Наташа появилась только через час, по непонятной причине все оттягивая и оттягивая этот визит.
…Сегодня Наташа заступила на дежурство часа на три раньше, чем обычно, — подменила свою коллегу тетю Катю, у которой тяжело болела внучка. Помогая подавальщице из столовой развозить полдник лежачим больным, она уступила дорогу каталке, на которой из операционной везли молодого мужчину. Дюжие санитары из матросов срочной службы быстро вкатили ее в десятую палату.
