Автор
В Колечке с бирюзой читатель погружается в мир отчаяния и жестокости, где боль становится необъятной и запертой в стене тьмы. Сцены физического насилия и отчаянного страдания переплетаются с глубинными умственными муками, создавая атмосферу жестокого пленения, где все кажется конечным.
Раздел Chitat.online для книги «Колечко с бирюзой» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В Колечке с бирюзой читатель погружается в мир отчаяния и жестокости, где боль становится необъятной и запертой в стене тьмы. Сцены физического насилия и отчаянного страдания переплетаются с глубинными умственными муками, создавая атмосферу жестокого пленения, где все кажется конечным.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В Колечке с бирюзой читатель погружается в мир отчаяния и жестокости, где боль становится необъятной и запертой в стене тьмы. Сцены физического насилия и отчаянного страдания переплетаются с глубинными умственными муками, создавая атмосферу жестокого пленения, где все кажется конечным.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— А волосы нужно было оставить длиннее, а то с этой прической «а-ля бритый ежик», ты больше напоминаешь обитателя тифозного барака, чем молодую красивую женщину.
— Соня, — улыбнулась Наташа, — ты ведь знаешь, с косой я бы не выжила! Это ведь ужас, сколько на нее времени уходило!
— Ну, и аллах с ней! Стрижка тебе, по-моему, даже больше идет! Вот глаза только как у стрекозы торчат, а так ничего!
Наташа рассмеялась:
— Что еще у меня торчит? Говори, не бойся! Вынесу самый жестокий приговор.
— Все остальное у тебя на уровне, нужной высоты и упругости. Но наша задача довести твой нежный облик до такой кондиции, чтобы торчало уже у мужиков, на тебя взирающих.
— Сонька, — охнула Наташа, — я же мать двоих взрослых детей, а ты такое болтаешь!
— Я что тебя к первому встречному в постель укладываю? — Подруга взъерошила ей волосы и, отступив на шаг, критически оглядела содеянное. — Сначала мы изменим твою масть…
— Как это? — ошеломленно спросила Наташа. — Что ты имеешь в виду?
— А то, что через час ты превратишься в знойную брюнетку с ослепительно голубыми глазами. Это сочетание сильнее атомной бомбы действует на мужиков!
— Ты считаешь, что от них даже кучки пепла не останется?
— Нет, наше оружие сработает избирательно, а на некоторые сугубо мужские детали повлияет, как катализатор…
— Софья, смотрю, ты стала великим знатоком мужской физиологии.
— Вне всякого сомнения, если учесть, что главное из множества достоинств моего супруга — его гигантский ночной потенциал. — Софья расхохоталась.
— Я, верно, чего-то не понимаю, дорогая! — Наташа язвительно улыбнулась. — У меня хранятся письма, в которых убористым почерком, на пяти страницах, причем с той и другой стороны, перечисляются недостатки Бориса Сергеевича Андреева. Неужели ты его так быстро перевоспитала?
Сонька со всего размаху приземлилась на широкую супружескую кровать и, откинувшись навзничь, расхохоталась:"
"— Просто-напросто я слишком быстро в него влюбилась, а он старательно делал вид, что хирург Разумович для него лишь строчка в штатном расписании, пока я не выдержала и не обозвала его холодным земноводным. Он, в свою очередь, решил доказать, что в родстве с этими тварями не состоит, и доказывает до сих пор, в том же духе и в том же темпе. Знаешь, — Софья вновь заняла сидячее положение и укоризненно посмотрела на Наташу, — а ведь Борька тоже удивляется, как ты, такая видная женщина, до сих пор одна.
