Автор
В Колечке с бирюзой читатель погружается в мир отчаяния и жестокости, где боль становится необъятной и запертой в стене тьмы. Сцены физического насилия и отчаянного страдания переплетаются с глубинными умственными муками, создавая атмосферу жестокого пленения, где все кажется конечным....
— И это верно, — охотно согласился Степанок, — но ведь мы тоже пускай потихоньку-полегоньку, но учимся бороться с ними. А теперь давайте перейдем к делу.
Он вытащил сигарету и вопросительно посмотрел на Наташу. Она кивком разрешила ему закурить.
— Вы сделали хорошее дело, Наташа. — Милиционер глубоко затянулся и выпустил струю дыма в сторону открытой двери. — Однако тайно проникнуть на территорию его фазенды вряд ли получится. Вы видели, какие там бастионы? Без боя нас туда не пропустят, поэтому придется прибегнуть к хитрости.
— Но ведь его офис в городе, и в «Поплавке» он почти каждый день бывает!
— Самого Пеликана можно схватить хоть в сортире, а на следующий день отпустить. Его адвокаты от любого дерьма отмоют. А вот если мы его возьмем в особняке да со всей начиночкой, тогда ему вряд ли отвертеться.
— Что я должна сделать и когда?
— Уже сегодня, Наташенька, — засуетился обрадованный Степанок. — Если мне не изменяет память, он вам пароль дал, старый потаскун?
— Ну да, «ласточка»!
— Ишь, пернатое отродье! Братва у него — «соколы», сам — Пеликан, женщины — «ласточки»!
— Давайте не отвлекаться! — прервала Наташа словоохотливого полковника.
— Значится так, — поскреб затылок Степанок, — вам надо как можно скорее позвонить Пеликанову и назначить время встречи. Допустим так: «ласточка, четырнадцать». Пойдет?
— Пойдет! И на этом моя миссия закончится?
— Честно говоря, поначалу мы хотели этим ограничиться. — Степанок опять почесал в затылке. — Но эта холера не просто хитер, но все свои дела на десяток ходов просчитывает.
— То-то я смотрю, слишком уж он изысканно выражается, но сволочь действительно изрядная!
— Поэтому мы и просим вас помочь. Пеликаша, по нашим наблюдениям, основательно в вас влюбился. Вчера в Краснодар, похоже, только за этим и ездил.
