В маминой библиотеке собрались истории про людей, отправленных в неизведанные звездные системы — колонисты. Сегодня космические путешествия стали обычным делом, но эти романы оставляют глубокий след. Читая их, ты поймёшь, что на самом деле полет в пространство — это не только приключения, но и новое начало жизни вдали от земли....
— Ну, все, парень, — насмешливо крикнул один из механиков, — давай, показывай мастерство! Если мы зря корячились с этой твоей хренотенью два часа, то…
Выпущенная Литвином стрела воткнулась хоть и не в самый центр мишени, но близко от него, в третий от центра круг, с меткой на нем «8».
Все затихли. Несколько секунд стояла полная тишина.
— Да это полная хрень! — взревел один из механиков. — Ему повезло!
— А какая разница? — пожал плечами Толяныч, явно выступавший в споре как арбитр. — Ведь попал? Повезло или нет, но попал.
— Хрень! Не сможет он попасть еще раз!
— На что спорим? — тут же оживился Литвин.
— Сотку ставлю!
Литвин развернулся, взял еще одну стрелу, прицелился и щелкнул тетивой. Стрела снова воткнулась в тот же круг.
— Гони две сотни, — потребовал Литвин.
— Почему это две! Мы на сотню спорили! — взревел механик.
— Вы мне должны 600? Я вам должен за работу 400. Разница две сотни. Вынь да положь! — пояснил Литвин.
Механик проворчал что-то себе под нос, но судя по лицу Литвина, деньги перечислил.
— Спасибо, ребята!
— Иди в задницу! — буркнул один из спешно покидавших склад механиков.
— Ну и? Зачем тебе был лук? Может все-таки винтовка? — спросил Толяныч у Литвина.
— Не. Из лука я стрелять умею, а вот из огнестрела не очень. Но кое-что все же приобрету.
— Ты меня прямо заинтриговал! — усмехнулся Толяныч.
— Да ничего особенного, — пожал плечами Литвин, — нужно что-то для близкой дистанции. Получше, чем ОСЗ, но и не такая дура, как у Мика.
Литвин кивнул на мой «Спас».
— Легко, — Толяныч развернулся к своим оружейным полкам, но в этот раз полез по выдвижным ящикам, после минуты поисков выудив небольшой чемоданчик.
— Вот, гляди, — сказал он, открыв чемоданчик и явив нам его содержимое.
Мы трое разглядывали не особенно-то и внушительных размеров матово-черный пистолет, а точнее револьвер. Но в отличие от револьверов, которые я видел раньше, этот имел ряд особенностей. Ствол находился не в верхней точке барабана, а в нижней, сверху же шла рама. Барабан был не круглым, а, скорее, шестиугольным, вмещал в себя он 6 патронов.
— Это что? — спросил Литвин.
— Это «Рино», — коротко ответил Толяныч, — уже старенькая модель, но вполне хорошо себя зарекомендовавшая.
— А почему не обычный пистолет? — поинтересовался Шендр. — Скажем, «Глок», «Кольт» или что подобное. Там все-таки почти два десятка патронов в магазине.
— Ну, я так понимаю, — ответил Толяныч, — Литвину нужно что-то, что будет его последним аргументом в споре.
