Автор
В Командоре войны, где леденцы судеб непредсказуемы, каждому Великому Дому доверены книги запрещенных заклинаний. Память о них должна быть стерта навеки, а знания хранятся в особой книге, скрепленной печатями всех Великих Домов.
— Христофан тяжело вздохнул. — Перепугался я так, что даже протрезвел. Все, думаю, пропал. Оборотень на меня, и тут Богдан.
— Что он делал в парке?
— Откуда я знаю? Медитировал, может. Выскочил из-за деревьев, оборотня отбросил, моряна вскакивает, а Богдан «око» активизировал. Отбились.
— Он ее убил?
— Сказал, что да.
Артем недоверчиво хмыкнул, но промолчал. Христофан не обратил на это внимания.
— Я бы для Богдана ничего не пожалел. Он попросил браслет, и я его достал.
— Понятно.
Кортес молча дождался, пока приставник осушит очередной стакан:
— Ты с ним больше не виделся?
— Нет.
— Да.
— Это был не дружеский разговор.
— Я знаю, Христофан. — Наемник тоже встал. — Думаю, ты простишь меня, когда узнаешь, насколько серьезное дело ты начал.
— Может быть.
Руки он не подал.
Кортес проводил глазами могучую фигуру приставника и снова сел за столик."
"— Значит, Богдан действительно управляет морянами. Даже не верится.
— Сколько может стоить этот браслет? — поинтересовался Артем. — Миллион? Десять миллионов? Может быть, устроим аукцион?
Кортес покачал головой:
— Главное сейчас — это тайна. Если Великие Дома пронюхают, что мы ищем браслет, то нам придется конкурировать с лучшими магами Тайного Города. Ты к этому готов?
— Нет, — честно признался Артем.
— Я тоже. Поэтому держи язык за зубами.
— Буду молчалив, как Спящий.
— Вот и правильно.
Артем почесал затылок:
— Кстати, ты заметил маленькую нестыковочку в рассказе Христофана?
— Какую?
— Моряна напала на Христофана, а Богдан ее не убил.
— Почему ты так думаешь?
— Я убил моряну вчера, а в монастыре уже занимают очередь за медикаментами. Ляпсус обмолвился, что последний раз голову оборотня им приносили год назад.
— Богдан нуждается в деньгах гораздо меньше тебя.
— Скорее всего так оно и есть, — согласился Артем, — но тело моряны он должен был куда-то деть. Уверен, что в службу утилизации он не обращался.
— К чему ты клонишь?
— Он не убил оборотня.
— Может, он любит животных.
— А зачем сказал Христофану, что убил?
— Чтобы тот не нервничал, — отрезал Кортес. — К чему ты вообще клонишь?
— Просто хочу понять.
— Артем, — улыбнулся Кортес, — на самом деле тебе есть о чем подумать.
— О чем? — насторожился молодой наемник.
— О Богдане. — Подобную мягкость в голосе Кортеса Артем уже слышал. Только что, в разговоре с приставником. А еще чуть раньше подобная мягкость сквозила в голосе Сантьяги.
