Автор
В Командоре войны, где леденцы судеб непредсказуемы, каждому Великому Дому доверены книги запрещенных заклинаний. Память о них должна быть стерта навеки, а знания хранятся в особой книге, скрепленной печатями всех Великих Домов.
В случае их отсутствия мы обвиним Навь и лично тебя в распространении запрещенных заклинаний. И будем требовать твоей смерти.
Комиссар понял, что капитан де Гир пришел на встречу именно из-за этой фразы. Вполне достойный повод.
— Сколько у меня времени?
— Три дня.
— Это глупо, — усмехнулся Сантьяга. — За три дня я докажу, что архив действительно был утерян, а я хочу найти того, кто затеял всю эту игру. Это в интересах всех нас. Всех Великих Домов.
— Хватит прикрываться интересами всего Тайного Города!"
"— А я и не прикрываюсь.
Де Гир молчал.
— Как вы думаете, такие доводы примет третейский суд?
— Думаю, да, — нехотя признал капитан. — Но я уверен, что это была провокация.
— Мне жаль, что вы так думаете, Франц. Я, конечно, не сосуд добродетелей, но обвинять меня во всех грехах не стоит. При желании я мог бы добиться смерти Богдана и после того, как он построил аркан.
— Тогда почему ты не сделал так?
— Из-за этого, — Сантьяга кивнул на манускрипт. — Командор ле Ста никогда бы не раскрыл секрет своего знания, а я не мог позволить ему замести следы.
— Может, ты и прав. — Франц поднялся. — У тебя есть один месяц, комиссар, а потом я с удовольствием посмотрю, как тебе вырвут сердце. Один месяц.
Чуд бросил на барную стойку пару банкнот и, не дожидаясь сдачи, направился к выходу из бара.
Сантьяга медленно поднял чашку кофе и сделал маленький глоток. Гамбит разыгран превосходно. Сам будучи умелым интриганом, комиссар смог по достоинству оценить точность и выверенность шагов неизвестного игрока.
Сантьяга отставил пустую чашку и улыбнулся — приятно тягаться с сильным и непредсказуемым соперником, достойным тебя по возможностям и уму.
