Автор
В мире "жидкой валюты" и государственных субсидий на алкоголь, комбат не ждет награды. Из простых доходов от продажи спиртного, Гапон вырастил целый бизнес, пока соседние столицы терялись в безумии войны. Как из дешевого сырья сделать лучшую водку? Этот вопрос гнал его на исследования и новые открытия, открывая бескрайний простор для творчества и инноваций....
И машина у него всегда была в порядке, и бензин никогда не кончался. В общем, водитель был что надо. Интересно, кем он сейчас?""
Комбат видел, как полковник Бахрушин вошел в подъезд и, посчитав до пятнадцати, направился к двери. Уже выйдя в прихожую, он услышал, как щелкнули створки лифта и повернул ключ в замке. Полковник Бахрушин, моргая глазами, явно удивился, не ожидая, что дверь вот так откроется прямо перед его носом. Комбат был на голову выше полковника и чуть ли не вдвое шире в плечах.
«Да, с физ-подготовкой в ГРУ явно не все в порядке», – подумал Комбат, протягивая руку для приветствия.
«А он ничего, силен! Старается мне руку жать изо всех сил», – мелькнула мысль в голове Рублева.
– Проходите, Леонид Васильевич, проходите. Вы знаете, я очень рад.
– И я рад.
– Правда?
– Я похож на человека, который врет?
– Честно говоря, да…
– Но не тебе.
– Вот этому я готов поверить.
Полковник прошел в квартиру Рублева и внимательно осмотрелся по сторонам.
Со времени последнего визита здесь абсолютно ничего не изменилось. Все сияло все той же военной чистотой и аккуратностью. Полковнику даже почудился запах дешевого одеколона и сапожной ваксы, хотя ни хромовых сапог, ни флакона с дешевым одеколоном он нигде не увидел.
– У тебя что, Борис Иванович, денщик есть?
– В каком смысле, полковник? – ухмыльнулся Рублев.
– У тебя так прибрано, как в казарме.
– А, это привычка, полковник. Не люблю беспорядка.
– Вот уж не поверил бы! – раздеваясь и проходя к дивану, буркнул Бахрушин. – У тебя чисто, как в аптеке. Правда, чистота какая-то мужская – без особой души.
– Что поделаешь, женой пока не обзавелся.
– Я тоже думаю, что пока. А ведь время, Борис Иванович, время. Хоть ты мужик и крепкий еще, а о потомстве подумать следует. Не быть же тебе век холостяком!
– Ладно, не надо об этом, полковник, не дави на больную мозоль.
– А что, еще кто-то давит?
– Давят, черти! Как соберутся мои ребята, так и начинают подначивать да подкалывать:
«И что это ты, Комбат, одинокий? Такой мужчина видный… Уж все-ли у тебя в порядке?»
– И что ты тогда делаешь, Борис Иванович?
– Посылаю их к едреной фене. А они, черти, лишь хохочут в ответ, да переглядываются друг с дружкой. Не очень-то…
– Правильно переглядываются, переживают за тебя. А ты, похоже, не переживаешь.
– Так можно и залететь.
