ОХОТА НА ДЬЯВОЛА Бестужев впервые ехал в столь фешенебельном вагоне — но не наслаждается роскошью. Вместо этого он думает о своей миссии: охотиться на дьявола, который прячется среди этих атрибутов роскоши. Не до них было — да и находиться в этих декорациях ему предстояло всего лишь несколько минут, прежде чем он выскользнет на улицу и продолжит свою странную, но важную работу....
— По-моему, это опасно…
— Еще бы, — сказала Луиза. — Они меня пугали… — Она зябко передернулась. — В общем, ничего хорошего.
— Вам бы следовало вернуться домой, — мягко сказал Бестужев. — Все же это не женское дело…
— Ничего подобного! — Ее глаза вновь загорелись нешуточным упрямством. — Я еще всем докажу… Я сегодня уезжаю…
— Не в Париж ли?
Луиза уклончиво сказала:
— Туда, где у меня будут друзья, которые не дадут в обиду. Ну, теперь вы видите, что мы не имеем никакого отношения к вашей политике, революционерам и прочим глупостям?
— Да, пожалуй, — задумчиво произнес Бестужев.
Очаровательно, подумал он. Прогрессивная, изволите ли видеть, Европа, цивилизованный, понимаете ли, Новый Свет… Наши купцы, промышленники и прочие дельцы тоже, откровенно говоря, не подарок, но нелепо представить, чтобы в России на конкурентов насылали бандитов…
— Так что же, вы меня не будете задерживать? — настороженно спросила Луиза.
— Я вас отпущу на все четыре стороны, — сказал Бестужев.
Она лукаво глянула на Бестужева:
— Ну, понимаете… У Илоны Бачораи, моей хорошей подруги, часто бывает один очень высокопоставленный чиновник из венской полиции…
— Ага! — сказал Бестужев. — Чего-то в этом роде следовало ожидать. Этот господин, дабы произвести впечатление на очаровательных дам, щедро делился с ними разными интересными секретами? Да, судя по вашему хитрому виду, именно так и обстояло…
— Но я же никаких законов не нарушала, — сказала Луиза с видом непорочной невинности.
— То-то и оно… — проворчал Бестужев. — По-моему, вам следует немедленно покинуть этот дом.
— Я и сама собиралась… Они нагрянули буквально за полчаса до того, как я отсюда улетучилась бы… А эти?.. Вы их арестуете?
Бестужев размышлял.
— Вряд ли имеет смысл, — сказал он наконец.
— Да вы что! Мне нужно ехать… — она глянула с тем умоляюще-жалобным видом маленькой слабой девочки, который женщины прекрасно умеют на себя напускать, когда хотят добиться чего-то от мужчин. — А вы не можете… уладить это как-то иначе?
— Ну что с вами сделать… — сказал Бестужев. — Постараюсь.
