Жанр
В царской России, где каждое слово имеет значение, старый князь Меншиков осторожно ведет переговоры о последних контрактах для сохранения власти. Его верный сподвижник Петр Алексеевич держится на одном дыхании, боясь промахнуться. Александр Данилович же смотрит на все происходящее через призму грядущего конца, будучи неуверенным в том, что сделает правильный выбор....
В казне ведь действительно, как ты там Леша сказал? Мышь от тоски повесилась?
— Именно так. Но, быть может, наступила пора повесить сборщиков налогов? Чтобы новые какое-то время воровали не так нагло. — спросил Алексей.
— Шутки шутишь?
— Шучу. — честно признался царевич. — Но, для того есть веские основания. Я тут пытался разобраться с налогами и податями. И пришел в ужас. Их какое-то безумное количество. И они так распределены… — покачал парень головой.
— Как так?
— Представь себе лодку. Шесть банок — на каждой по два гребца.
— А почему нет? Обычно во всяком случае.
— А если на лодке такой будет один гребец и дюжина кормчих?
— К чему ты сие спрашиваешь? Дурь ведь.
— Дурь. — охотно согласился сын. — Не понимаешь, к чему я клоню?
— Нет, не понимаю.
— На чем стоит экономика России?
— Экономика? Эко ты загнул. — усмехнулся Петр. — Выучил уже сие слово?
— Как раз сейчас изучаю. Оттого и задумался.
— И до чего додумался?
— До того, что экономика Россия стоит на крестьянине.
— Отчего же? Верно мыслишь. — кивнул царь.
— Получается, что, если крестьяне тех размножатся, то и в казну монеты поступит больше. Разве нет? Ведь те же земли твои южные почитай в запустении, как и восточные. Не всюду пашню пахать можно. Рабочих рук нет.
— Все равно тебя не понимаю. Причем тут налоги?
— Если крестьянину нечего есть, то как же ему плодится да размножатся? Да и ладно это — как ему трудится добрым образом? Не говоря уже о принятии новых приемов.
— Ах вот ты, о чем… — вяло и недовольно произнес Петр. — А с кого тогда подати брать прикажешь?"
"— С них и брать. Но иначе.
