Голос ее звучал немного устало, но в нем слышалась неподдельная радость. Это была радость удачно законченного дня и радость предстоящей встречи. Гуров почувствовал благодарность к жене. Ему захотелось немедленно сказать ей что-нибудь приятное, чтобы радость ее держалась как можно дольше, и он сообщил:
– А у нас сегодня фирменный ужин – рыба под белым соусом. Твой муж даже расщедрился на бутылку сухого вина. Была мысль устроить ужин при свечах. Но потом я подумал, что будет слишком уж похоже на рекламный ролик, и решил от свечей отказаться.
– Мы вступаем в двадцать первый век, мы – дети электричества. Какие свечи? – в тон ему ответила Мария. – Главное, постарайся больше ничего не вычеркивать из программы до моего приезда.
– Жду тебя с нетерпением, – сказал Гуров.
Он действительно ничего сейчас так не хотел, как провести эти часы наедине с Марией. Впервые за многие дни его совесть была почти спокойна. На этот раз ничто не могло помешать их тихому семейному счастью. Через пятнадцать-двадцать минут Мария будет дома, и все будет прекрасно. Вот только не прогадал ли он насчет свечей? Пожалуй, с ними ощущение праздника было бы полнее.
А через десять минут, когда он, прихрамывая, бродил по квартире, сдувая последние пылинки с мебели и репетируя слова, которыми собирался встретить жену, позвонил старший лейтенант Синицын, который дежурил в «наружке». Едва Гуров узнал его голос, сердце у него упало.
– Товарищ полковник, – озабоченно сказал Синицын. – У меня важная информация. Объект только что покинул квартиру и сел в такси. В настоящий момент движусь за ним. Направляемся к центру.
Гуров на миг опустил руку с телефонной трубкой и почти беззвучно, но очень энергично выругался. Потом взял себя в руки и деловито спросил:
– Номер такси зафиксировали?
– Обижаете, товарищ полковник! – с достоинством ответил Синицын. – Следуем неотступно. Какие будут распоряжения?
– Как сам-то думаешь, что она собирается делать? – спросил Гуров.
– По-моему, далеко собралась, – деловито ответил Синицын. – Одета соответственно, и багаж при ней. Не очень большой, но все необходимое поместится. Предполагаю, что направляется она в район Павелецкого вокзала.
– Неужели решит нарушить подписку о невыезде? – озабоченно произнес Гуров. – Для этого у нее должны быть очень серьезные причины, смекаешь, старлей?
– Так точно, – ответил Синицын.
