Это не первый раз, когда я ловлю подобный обмен репликами между этими двумя, будто они ведут целый невысказанный разговор, в котором я не участвую. Мои отношения со Стеф и Аланой значительно потеплели – и я не сомневаюсь в искренности Купера, когда дело касается нас двоих, – но у меня сложилось отчетливое впечатление, словно я еще многого не знаю об этой компании. Очевидно, я не могу рассчитывать на то, что так быстро окажусь в кругу доверия.
Но почему мне кажется, что их секреты обо мне?
У меня нет возможности обдумать этот вопрос, поскольку мой телефон вибрирует в кармане.
Это моя мать. Опять. Этим утром я проснулась от нескольких пропущенных сообщений от нее, в которых она разглагольствовала о том, что я пропустила несколько ее сообщений вчера вечером. Я стала периодически блокировать ее номер, просто чтобы немного отдохнуть от этих атак. Одна тирада за другой по поводу моего разрыва с Престоном.
Больше нечего сказать по этой теме. Во всяком случае, мне.
Но моя мать намерена заставить меня поговорить об этом. Я пялюсь на телефон, и вижу, что она бросила писать и теперь звонит мне. Я отправляю звонок на автоответчик, когда мне приходит срочное сообщение от Бонни, оповещающее о том, что Судный день настал.
– Что случилось? – Стеф наклоняется ко мне, очевидно, явно встревоженная тем, что кровь отхлынула от моего лица.
– Мои родители здесь.
Ну, не здесь, конечно. В моем общежитии. Бедняжка Бонни попала в ловушку и ждет дальнейших указаний.
Бонни: Что мне с ними делать?
Я: Отправь их в кофейню. Я встречусь с ними там."
"Я знала, что это произойдет: уклонялась от звонков и сообщений, избегала общения. Но это был только вопрос времени, когда они придут за расплатой.
Никто не уходит от моего отца.
Извинившись, я отказываюсь от обеда и тащусь обратно в кампус с подскакивающим давлением.
После короткого телефонного звонка лучшее, что я могла сделать, это заманить их в общественное место. Мои родители не посмеют устроить сцену. Здесь у меня есть стратегическое преимущество – и путь к отступлению.
Тем не менее, когда я захожу в кафе и вижу, как они сидят у окна в ожидании своей негодяйки-дочери, я изо всех сил пытаюсь заставить себя шагать вперед.
