Магичка по хозяйству неожиданно оказывается на кухне у орков. Теперь ей предстоит год отработки среди диких аппетитов, грязи и хаоса. Но она знает секрет — превращать ничего в чудо. Выживание через кулинарию станет её главным оружием.
Мы перелили тушёное мясо в большие керамические горшки, украшенные орочьими узорами, а овощи — в расписные миски. Я добавила последние штрихи: сушеную зелень, которую нашла в дальнем углу кладовой, и щепотку ароматных трав для украшения.
Когда мы вошли в столовую с первыми блюдами, я ахнула от изменений. Кто-то из орков украсил зал к торжеству — на столах появились самодельные подсвечники из оленьих рогов, стены украшали развешанные боевые знамёна с орочьими символами, а воздух наполнял аромат тлеющих в жаровнях душистых трав.
Вся община Сарготы собралась в большом зале. Я с удивлением обнаружила, что орков здесь гораздо больше, чем я предполагала — не меньше ста, а может, и больше. Они сидели тесно, плечом к плечу, но места каким-то удивительным образом хватило всем.
В основном это мужчины-воины, женщин было заметно меньше, всего около пятнадцати. Орчихи выглядели не менее внушительно, чем их мужчины — широкие плечи, мускулистые руки, боевые шрамы. Но в их глазах читалась особая теплота, когда они смотрели на детей."
"Детей тоже было совсем немного, я насчитала не больше десятка орчат разного возраста. Самому младшему на вид было года три, самому старшему — лет двенадцать. Они сидели рядом с матерями, с любопытством разглядывая праздничные блюда и меня саму.
— Воины Сарготы! — громко объявил Торг, поднимаясь с места за столом старейшин. — Сегодня у нас праздник Меча. День, когда наши предки победили Тьму! День, когда наши предки сбросили оковы!
— В этот день мы помним, что орки могут быть свободными! — его голос окреп, наполнившись силой. — Пусть сейчас мы за барьером, пусть зависим от чужой милости, но дух наш не сломлен! Мы собираемся вместе, делимся последним, чтобы показать — мы всё ещё народ! Всё ещё верим, что однажды оковы падут!
Старейшина закончил свою речь, и зал тотчас взорвался одобрительным рёвом и стуком кулаков по столам. Женские голоса добавили к мужскому рёву более мелодичные, но не менее громкие возгласы одобрения.
— А теперь, — продолжил Торг, — отведаем плоды трудов новой кухарки Эммы!
Уговаривать орков долго не пришлось. Не прошло и секунды, как они принялись за еду с аппетитом, который поначалу меня пугал, а теперь льстил. Я ходила между столами с половниками, подливая тем, кто просил добавки, и внимательно наблюдала за реакцией.
— Предки мои, — пробормотал один из воинов, пробуя мясо. — Какой необычный вкус! Но очень хороший!
— Да, — согласилась сидевшая рядом орчиха с ребёнком на руках. — Специи какие-то особенные.
