Трава звенит под ногами, а в голове тает унывная дымка. Солдаты в форме смотрят на поляну из лагеря, словно монеты на прилавке - каждый четче напоминающий другого. Радик несется по территории, вытаскивая осколки бумаги и выцветшие спички из зелени. Вместе с командами убирают территорию, создавая будто бы забытую императрическую армию в чистом поле....
Радик видел, как он закрыл дверь на кухню, подошел к Юле сзади, снял с нее фартук, вдруг резким движением задрал халат, а ее саму согнул в поясе... И такая волна возмущения всколыхнулась в нем, что палец сам по себе шевельнулся на спусковом крючке. И плевать, что стекла пуленепробиваемые, зато выстрел вспугнет мерзкого похабника...
Но Юля сама распрямилась и, оттолкнув Артема, оправила халат. Что-то гневно выкрикнула в его адрес, он стушевался и убрался с кухни... Не вышло у Артема ничего. Но облегчения Радик не почувствовал.
Юля остыла, накрыла стол и позвала мужа и дочь. Артем зашел на кухню, глянул на окно, встревоженно наморщил лоб и плотно закрыл жалюзи... Понял, что может стать жертвой снайпера, потому и закрыл. Значит, не бронированные окна у него на кухне...
Радик досадливо закусил губу. Надо было сразу стрелять, так нет, сам себе голову заморочил.
И не должен он ревновать Юлю. Она ему не жена и даже не любовница. Нет ничего между ними, кроме прошлого. У него своя жизнь, у нее своя. Она уже и забыла его в бесконечной череде дней и событий.
Сейчас Артем поужинает, затем затащит Юлю в постель... Для них это будет буднично и банально, а Радик уже сейчас места себе не находит. Не хочет он, чтобы Юля была с кем-то. Не хочет!.. Пусть она будет без него, лишь бы ни с кем... А еще лучше, пусть она будет с ним! А почему бы и нет?.. Кто может помешать Радику сделать ее вдовой?..
Большая стрелка часов приближалась к двенадцати, когда на балконе возникло какое-то движение.
Но палец словно закоченел на спусковом крючке... Вспомнился вдруг момент, когда Артем не смог застрелить его.
