Трава звенит под ногами, а в голове тает унывная дымка. Солдаты в форме смотрят на поляну из лагеря, словно монеты на прилавке - каждый четче напоминающий другого. Радик несется по территории, вытаскивая осколки бумаги и выцветшие спички из зелени. Вместе с командами убирают территорию, создавая будто бы забытую императрическую армию в чистом поле....
– Что здесь такое?
– Лежи молча, – одернул ее Радик.
Да, он укрывал ее собой от пуль, но нежных чувств к ней уже не было. Она предала его... Возможно, он разберется во всем; быть может, простит. Если останется жив..."
"Судьба готовила ему один удар – в лице Артема. Радик выкрутился, но тут же попал под другой... Это могли быть бандиты Артема. Но скорее это была другая сила...
Артем тоже уцелел в передряге. Оторвал голову от пола.
– Твои? – резко спросил Радик.
– Нет... Я один был... Мои бы по мне стрелять не стали.
Его пистолет так и оставался лежать на полу, он потянулся за ним. Но Радик его осадил.
– Лежать!
Он не стал высовываться в окно. Для того чтобы осмотреться, воспользовался пулевыми отверстиями в стене. К домику осторожно, но с размахом шли возмутители спокойствия – убойный квартет из четырех молодчиков в одинаковых кожаных плащах. И вооружены все тоже однотипно – спецназовские автоматы «ВАЛ» с глушителями. Они шли, на ходу неторопливо меняя магазины. Вот-вот на дом должен был обрушиться шквал огня.
– Уходим! – заорал Радик.
Он с силой схватил Юлю за шкирку, словно плюшевую куклу оторвал от пола. Оттолкнув замешкавшегося Артема, рванул к двери, лбом открыл ее. Вместе с ней падая на землю, успел оглядеться по сторонам. Никого. Только соседние домики смотрят на них безжизненно-равнодушными глазницами окон. Опасность надвигалась с одной стороны...
Радику ничего не стоило включить форсаж, пробежать десяток метров, отделяющих его от прохода между домиками.
– Даже не думай об этом!
Артем полулежал на земле, как и он, под прикрытием железобетонных блоков, на которых стоял домик. В руке у него пистолет, но его ствол смотрит в сторону вероятного появления противника. Зато взгляд простреливает Радика насквозь. На ноге растекается кровавое пятно. Да он, оказывается, ранен.
– Меня ты можешь застрелить, – сказал он. – А Юльку не оставляй...
– И пристрелю, надо будет, – скривился Радик.
– Не надо стрелять, не надо... – хватаясь за голову, взвизгнула Юля.
И в этот момент снова защелкали по доскам пули, звон недобитых стекол, визг рикошета...
Радик подозревал, что противник видел через окно, как открылась дверь. Значит, сейчас будет не только обстрел. И точно – из-за угла дома под огневым прикрытием выскочил черт в плаще.
