Трава звенит под ногами, а в голове тает унывная дымка. Солдаты в форме смотрят на поляну из лагеря, словно монеты на прилавке - каждый четче напоминающий другого. Радик несется по территории, вытаскивая осколки бумаги и выцветшие спички из зелени. Вместе с командами убирают территорию, создавая будто бы забытую императрическую армию в чистом поле....
К Радику обращался высокий офицер в форменной рубахе с распахнутым воротом, из которого выглядывала бело-голубая тельняшка. Удлиненный треугольник лица, высокий выдающийся лоб, мощные надбровные дуги – будто скалы над маленькими черными глазками, нос не то чтобы длинный, но словно указующий перст... Лихо заломленная фуражка с голубым околышем, просветы на погонах того же цвета. Радика еще в школе научили определять воинские звания – по две звездочки на погонах, значит, лейтенант. А голубой цвет – это или авиация, или ВДВ.
– Что, петушки, девчонку не поделили? – насмешливо спросил офицер.
Он перевел взгляд на Артема, затем посмотрел на Юлю. Очень внимательно посмотрел, с прицелом на знакомство. По идее она должна была отвести глаза в сторону, но нет, ни грамма смущения во взгляде, на губах подыгрывающая улыбка.
Казалось, он усилием воли оторвал глаза от Юли, чтобы перевести его на провинившегося Радика.
– Ну, чего молчишь, воин?
Радик лишь пожал плечами. А чего говорить, если и так все ясно.
– Да и какой ты воин? – пренебрежительно усмехнулся лейтенант. – Плевок ты, а уже руки распускаешь...
Досталось и Артему.
– И ты такой же... Смотреть на вас тошно.
В какой-то момент Радику показалось, что лейтенант был слегка под хмельком.
– Что здесь делаете? – спросил он.
– Ну, мусор выносим...
Они стояли так, что мужчины образовывали собой остроугольник, в основании которого находились Радик и Артем, Юля стояла в центре.
– Сами вы мусор... Кругом! На сборный пункт шагом марш!..
Радику не хотелось подчиняться этому грубияну, но он решил не усложнять себе жизнь. И Артем взялся за пустые носилки. Лейтенант же остался с Юлей... Развалился треугольник, осталась только прямая, на которой находились он и она. Как бы они в одну двойную точку не слились...
В воротах Радик обернулся. Офицер о чем-то бойко говорил с Юлей, она же в ответ мило улыбалась. И Артем глянул на них, губы скривились в презрительной насмешке.
– А раскрутить того не трудно, кто сам раскручиваться рад... Вернее, рада... Нашел из-за кого в драку лезть...
– А тебе что-то не нравится? – вскинулся Радик.
– Не нравится. Хватка твоя не нравится. Сила в тебе, брат, медвежья. Хорошо, что я руками закрылся, а то бы ты мне все ребра на хрен сломал...
– Какой я тебе брат?
– Да ладно тебе. Из-за какой-то лебяди дуться будешь.
Радик бросил носилки и резко развернулся к Артему.
