Трава звенит под ногами, а в голове тает унывная дымка. Солдаты в форме смотрят на поляну из лагеря, словно монеты на прилавке - каждый четче напоминающий другого. Радик несется по территории, вытаскивая осколки бумаги и выцветшие спички из зелени. Вместе с командами убирают территорию, создавая будто бы забытую императрическую армию в чистом поле....
В принципе ты права. Мне уже двадцать семь лет.
– Ну, что ты. Для мужчины это совсем немного.
– Для мужчины да, а для лейтенанта я уже старик...
– Долго учился?
– Ага. На второй год на каждом курсе оставался... Но это еще ничего, один мой погодок в этом году школу только что окончил. Всем второгодникам второгодник...
– У каждого своя судьба, – сказала Лара.
Ее слова прозвучали слишком серьезно для ситуации, которую создал Радик. Похоже, она действительно поверила, что Радик оставался в училище на второй год.
Электричка подходила к Листьевке, когда Лара пригласила его к себе на огонек.
– Чаю с дороги попьем... – сказала она и стыдливо отвела в сторону глаза.
– А мама не заругает?
– Я одна живу...
Лара глянула на него с робким намеком на пикантные обстоятельства, которые могут возникнуть, когда мужчина и женщина остаются наедине в замкнутом и располагающем к общению пространстве.
Радик четыре года отучился в училище. Большой город, голодные курсанты, доступные и не очень девушки... Хлебнул он бурных страстей. На четвертом курсе у него был роман с девушкой, у которой была небольшая, но собственная квартира. Они жили как муж и жена. Она строила серьезные планы на будущее, а он... Не было любви, потому и не позволил он связать себя узами брака.
Лара ему всего лишь нравится, и то не совсем. Есть лишь симпатия, которая вряд ли перерастет в серьезное чувство. Скорее она перерастет в антипатию... Так стоит ли связываться с ней?..
– Ну так что, зайдешь? – вымученно улыбнулась она. – Вещи свои оставишь, а как в части устроишься, так и заберешь...
На счет вещей она была права.
