99 998 — 99 999 — 100 000 — 100 001 — 100 002…
Двое мужчин, словно в трансе, напряжённо следили за сменой чисел на счётчике.
Твиссел первым пришёл в себя.
— Никакого барьера нет! — радостно вскричал он.
— Но ведь был барьер, был! — отозвался Харлан. Страдание причиняло ему физическую боль. — Неужели они уже похитили её и сняли барьер за ненадобностью?..
111 394-е.
С отчаянным воплем «Нойс! Нойс!» Харлан выскочил из капсулы. Гулкое эхо заметалось по пустынным коридорам и замерло вдалеке.
— Харлан, постой!.. — крикнул вслед ему Твиссел, не поспевая за своим молодым спутником.
Бесполезно! Харлан стремительно летел сквозь безлюдные переходы в ту часть Сектора, где они с Нойс устроили себе какое-то подобие дома.
На мгновенье он подумал о возможности встречи со «сверхлюдьми», как их называл Твиссел, и почувствовал, что волосы у него встают дыбом, но стремление отыскать Нойс оказалось сильнее страха.
— НОЙС!
И внезапно, прежде даже, чем он успел разглядеть её, она оказалась в его объятиях; закинув ему руки за шею, она прижалась к нему всем телом и уткнулась щекой в плечо так, что его подбородок совершенно потонул в её мягких чёрных волосах.
— Эндрю, — шептала она, задыхаясь в его объятиях, — где ты пропадал? Тебя всё не было и не было, я уже начала бояться.
Харлан отстранил её и залюбовался ею с жадным восхищением.
— С тобой ничего не случилось?
— Со мной-то нет. Я опасалась, не стряслась ли с тобой беда. Я думала…
Она вдруг осеклась, и в глазах её мелькнул ужас.
— Эндрю!
Харлан стремительно повернулся.
Но это был всего только Твиссел, запыхавшийся от быстрого бега.
Выражение лица Харлана, должно быть, несколько успокоило Нойс, и она спросила более ровным голосом:
— Ты его знаешь, Эндрю? Он с тобой?
— Не бойся, — ответил Харлан, — это моё начальство, Старший Вычислитель Лабан Твиссел. Ему всё известно.
— Старший Вычислитель?!
Нойс испуганно отшатнулась.
Твиссел медленно приблизился к ней."
"— Я помогу тебе, моё дитя. Я помогу вам обоим. Я дал слово Технику, но он не хочет мне верить.
— Прошу прощения, Вычислитель, — проговорил Харлан без особых признаков раскаяния.
— Прощаю, — ответил Твиссел.
Нойс робко и не без колебания позволила ему взять себя за руку.
— Скажи мне, девочка, тебе хорошо здесь жилось?
— Я беспокоилась.
— С тех пор как Харлан оставил тебя, здесь никого не было?
— Н-нет, сэр.
— Никого? Ни одной живой души?
Нойс покачала головой и вопросительно посмотрела на Харлана.
— А почему вы спрашиваете?
— Так, пустяки. Глупая фантазия. Пойдём, мы отвезём тебя в 575-е.
На обратном пути Эндрю Харлан постепенно впал в глубокую задумчивость. Он даже не взглянул на счётчик, когда они миновали 100 000-е и Твиссел издал громкий вздох облегчения, словно до последней минуты боялся оказаться в ловушке.