Автор
Техник Эндрю Харлан проник в капсулу, заключенную между странными вертикальными структурами. Он медленно поворачивает рукоятки управления и нажимает пусковой рычаг. Капсула не реагирует. Внутри воздух становится холоднее, а внизу начинают колебаться оранжевые стрелочки индикаторов жизненно важных функций — система сбита или отключена....
Таких людей, как он, полагалось узнавать с первого взгляда. Твиссел был самым выдающимся Вычислителем в Вечности, другими словами, он был самым знаменитым из всех ныне живущих Вечных. Он был председателем Совета Времён. Он рассчитал больше Изменений Реальности, чем любой другой Вычислитель за всю историю Вечности. Он был… Он сделал…
Харлан окончательно растерялся. С глуповатой улыбкой он кивал головой, не в силах произнести ни слова.
Твиссел поднес сигарету к губам и несколько раз торопливо затянулся.
— Оставьте нас, Финжи, — сказал он, — мне надо побеседовать с этим юношей с глазу на глаз.
Финжи пробормотал что-то невнятное, встал и вышел.
— Не волнуйся, паренек, — проговорил Твиссел, — тебе нечего бояться.
Но встреча с Твисселом оказалась для Харлана настоящим потрясением. Считать человека гигантом и вдруг обнаружить, что в нём нет и пяти с половиною футов росту, — тут было от чего прийти в замешательство. Неужели за этим покатым лысеющим лобиком скрывается мозг гения? Что светится в этих прищуренных глазках, окруженных паутиной морщинок, — острый ум или же просто благодушное настроение?
Совершенно сбитый с толку, он глядел на сигарету, не в силах собраться с мыслями.
Твиссел сощурил глазки, словно пытаясь проникнуть взором за дымовую завесу, и заговорил с ужасным акцентом на языке десятого тысячелетия:
— Может пыть, малшик, мне лучше твой язык говорить?
Харлан с трудом подавил истеричное желание рассмеяться.
— Я неплохо владею Единым межвременным языком, сэр, — осторожно произнёс он.
Межвременным языком пользовались все Вечные в разговорах друг с другом, Харлан выучился ему в первые же месяцы своего пребывания в Вечности.
— Чушь, — высокомерно ответил Твиссел. — К чему нам Межвременной, когда я совершенно безукоризненно говорю на языках всех Времён.
Харлан догадался, что прошло по крайней мере лет сорок с тех пор, как Твиссел пользовался его родным диалектом.
Однако, удовлетворив своё тщеславие, Твиссел продолжал на Межвременном:
— Я предложил бы тебе сигарету, не будь я совершенно уверен, что ты не куришь.
